Хроники Арли. Книга 1. Где я?

Доберется или нет – большой вопрос.

– Все знали, на что шли, – еще раз повторил Вордо. – Выходим через … …! Предупреждаю, ждать никого не будем.

– Дайте мне нож, – вдруг глухо произнес хромой. – Я останусь.

Разговоры разом стихли. Все смотрели на щуплого парня и не могли поверить в его слова.

– Тебя убьют! Ты не сможешь с ними справиться! – заговорили разом в отряде.

– Пусть так, но я постараюсь, – следующее слово не разобрать, – свою жизнь, – упрямо сказал он. – Дайте, – он требовательно посмотрел на главу отряда, видимо, имея в виду какое-то оружие.

Я бы, например, остановился на пулемете.

Вордо подошел к нему и протянул свой нож рукоятью вперед.

– Он долго, – произнес Вордо и зашелся длинной речью, в которой я не понял ни слова, – теперь пусть тебе.

Парень молча принял оружие, взвесил в руке и кивнул. Я почти физически почувствовал, как в голове что-то щелкнуло и у меня появилось очередное новое слово – «служить». Система стабильно работала в пассивном режиме, постоянно пополняя словарный запас.

Незнакомых слов становилось все меньше.

– Уходим! – коротко бросил Вордо, подхватывая с земли свой мешок.

Мы шли уже сутки. Вордо с ходу взял предельную даже для здоровых парней скорость передвижения, и лес замелькал в глазах, как кадры плохого кино. Самые выносливые шли впереди, прорубая дорогу, если идти становилось совсем тяжело. Они менялись каждый час, и к концу этого времени на них было страшно смотреть. Остальным оставалось лишь пошевеливаться, чтобы держаться сзади.

Отстанешь – смерть. Каждый из нас чувствовал ее шаги за спиной. Для меня предчувствия становились настоящим кошмаром, потому что я никогда не видел обличья этой смерти. Что это будет? Стрела, меч или магия? Умеют ли эльфы колдовать? Я не хотел сгорать заживо или насквозь прорастать корнями деревьев – воображение старалось вовсю, мешая в кучу слухи, правду и небылицы.

Перед глазами до сих пор стояло бескровное лицо молодого парня, обреченно смотревшего нам вслед.

Его фигура быстро скрылась за частоколом деревьев, но еще долго я не мог забыть его взгляд. Взгляд мертвеца. Живым нужно было бороться, чтобы сохранить самое дорогое, что у них есть, – жизнь.

Как ни странно, мой организм с пониманием отнесся к нагрузкам. Да, я, как и все, падал от усталости на коротких привалах, но каждый раз поднимался и двигал ногами. Меня не ставили во главе отряда и на том спасибо.

Гораздо большее неудобство вызывала моя осанка.