Хроники Арли. Книга 3. Я – инквизитор

Чего зря воздух трясти? Да и слышал он все: повторять я, конечно, люблю, но не в сто пятисотый раз.

– Э-э, – бодро начал Оррик.

– Меня Иан зовут, если вдруг позабыл, – буркнул я.

Оррик на миг пришел в замешательство, но быстро с ним справился.

– Почему ты такой?

– Какой такой? – не понял я.

– Ну вот такой, – он жестам нарисовал пацана от горшка два вершка и не забыл прилепить ему на спину причиндалину, как у меня.

– А какой я должен был быть? – удивился я, смутно подозревая, что он имеет в виду.

 – А ты почему такой?

Оррик крякнул от неожиданности. Ну да, побуду евреем, чего это мне все на вопросы отвечать.

– Мать родила, – наконец выдавил инквизитор.

А-а-а! Вот они куда клонят – всё-таки о моем обличии речь. Ну, когтей же как не было, так и нет. Нестыковочка.

– Ну вот и Иана этого родила, – ответил я. – А меня в его тело засунули.

Оррик озадаченно покачал головой.

– А вы ждали, что на самом деле во мне три метра роста, из глаз бьют молнии, и я пью кровь?

Инквизитор сначала поежился, затем неопределённо пожал плечами – ну, точно, именно так они и считали.

И тут такая неожиданность: Чёрный Властелин не падает с лошади в дорожную пыль, он не носит горб, когда отпадает необходимость скрываться, и самое главное, он не выглядит, как пацан, у которого вместо бороды пять волосинок в девять рядов.

Из темноты выскользнула Валена, и опустилась на корточки у костра. Волшебница по моему настоянию давно сменила свое платье на мужскую одежду и, немного повозмущавшись непристойным для девицы ее происхождения видом, вынуждена была признать, что практичность иногда превыше традиций.

– А может, ты и не это чудовище из сказок вовсе? – она впервые за эти дни выдержала мой взгляд. – Может, ошибся князь?

Хотел бы я, чтобы дела обстояли именно так.

– Он слишком наглядно продемонстрировал, так что ошибка исключена, – я вздохнул. Говорить или не говорить? Впрочем, они и так знают столько, что пара лишних фактов уже не имеет значения. – Если бы я не являлся Убийцей, значит, на свете у вас тут бродит кто-то ещё, кто сможет возродиться дважды.

Они ощутимо поежились, я – тоже. Себя во всяком случае я контролирую. Мысль о том, что чудовищем мог оказаться кто-то другой, не доставила ни капли удовлетворения.

– Это больно?

– Умирать? – уточнил я. – Не слишком приятно.

– Ты действительно бессмертен? – любопытство Валены наконец-то прорвало плотину страха.

– Теоретически, – вздохнул я. – Только теоретически.