Смертный

– Ну, так что молчишь? Ты тупой, что ли?

Красавчик наклонился вперед, навис надо мной, опираясь обеими руками в стол. Лучник встал чуть позади, паскудно ухмыляясь.

– Давай, выворачивай карманы, иначе быстро прогуляешься до менгира.

Гартлоб их дери. Ну просто дети.

Можно было попробовать припугнуть их, чтоб отвязались. Для начала намекнуть, что тупо угрожать человеку, который сдает квест на полсотни золотых, в то время, как у тебя вся экипировка стоит дешевле. Или что трое на одного – не такой уж критический перевес.

Особенно когда один из троих – лучник, бесполезный в замкнутом пространстве.

Я не стал.

Небольшой нож для снятия шкур у меня закреплен слева, на груди, рукоятью вниз. На первый взгляд странное расположение. Но я привык. Удобно. Выхватить можно за доли секунды.

Ударил снизу, загоняя клинок между кадыком и подбородком – так, что красноволосый явственно клацнул челюстью. Провернув лезвие, дернул в сторону. Кровь хлынула на стол, как из разбитого кувшина.

У пижона подкосились руки, которыми он упирался в стол, и он рухнул мордой вниз.

Я же, подхватив лежащий на коленях меч, метнулся к лучнику. Тот, бедолага, и сообразить ничего не успел – умер почти мгновенно. Острие скимитара вошло ему в верхнюю часть живота, под самой грудиной, и вышло между лопаток.

Медальон на шее ощутимо завибрировал, и по телу пробежала привычная волна приятного покалывания. Лучник мертв, и часть его  силы перешла ко мне.

Я мельком оглянулся на красноволосого.

Еще жив. Хрипит, бестолково елозит по столу, зажимая разорванное горло ладонью.

Не до него пока.

А вот бородач у стойки уже развернулся. Выпучил глаза, нашаривает рукой прислоненный к стойке молот.

Я рывком выдернул меч из груди лучника, и труп грузно свалился мне под ноги. Острие клинка я направил в лицо оставшемуся противнику.

Мой скимитар – единственная дорогая вещь, которую я таскаю с собой. Да и то стараюсь не светить его перед другими игроками без крайней необходимости.

Лаконично оформленная черная рукоять без гарды – длинная, так что можно перехватывать её и второй рукой. Клинок – широкий, средней длины, немного изогнут, как у сабли. На гладкой, как зеркало, поверхности – никаких украшений. Только несколько угловатых рун ближе к рукояти – знаки наложенных ремесленных чар.

Но даже последний нуб узнает этот блестящий, серебристый, как застывшая ртуть, металл. Адамантит. Самый твердый из всех немагических материалов.