Огонь Ассургины

Вставили стальную стрелу, ее конец обмотали ветошью и густо пропитали смолой.

Ветошь подожгли – стрела унеслась к противнику, оставляя дымный след. Зарядили и выстрелили еще. Одна стрела попала в борт, другая – в парус. Тот вспыхнул, но его быстро потушили. Лица пиратов были устрашающе свирепыми. Каждое удачное попадание вызывало у них приступ злобы и сквернословия. В ответ неслись ругательства моряков с «Каролины».

Расстояние между судами неумолимо сокращалось. Томас отчетливо видел детали пиратской одежды, блеск обнаженных клинков, ухмылки на их лицах.

Вдруг его взор остановился на стоящем на мостике капитане. Тот был в коричневой кожаной безрукавке. Только он один сохранял спокойствие, но оно напоминало спокойствие хищника перед прыжком. Томасу показалось, что он разглядел блеск его глаз. До вражеского судна было саженей двадцать.

«Если я убью этого человека, – подумал Томас, – то, вполне вероятно, пираты прекратят погоню». Он поднял жезл, направил его на капитана пиратов. Когда костяная ручка оказалась на уровне солнечного сплетения, оно ожило.

Между рукоятью и магом возникло неприятное давящее напряжение. Из конца жезла вырвалась едва заметная в дневном свете молния. Она ударила в пирата. Тело его вспыхнуло синим огнем. Но путь молнии на этом не прервался. Она перескакивала от одного пирата к другому, пока все судно не запылало синими языками пламени. Затем раздался оглушительный треск, ослепительная вспышка – и громовой раскат сотряс воздух.

Когда ослепшие от сильного света моряки «Каролины» пришли в себя, они увидели, что на том месте, где на них наваливалась многорукая, орущая десятками глоток и сверкающая десятками мечей смерть, на притихшей морской поверхности плавали одни обломки.

Это все, что осталось от страшных пиратов и их судна.

Первым очнулся капитан. Он подошел к Томасу и положил на его плечо тяжелую руку.

– Ты маг? – тихо спросил он.

Томас судорожно сглотнул комок в горле и кивнул.

Глава 2. Шквал

Солнечный диск медленно клонился к горизонту.

«Тиамат» полным фордевиндом шла по косой относительно береговой линии, постепенно удаляясь от нее. Вскоре берег превратился в желтоватую полоску.

Томас прошел на бак. На носу сидели вахтенные и смотрели вперед по курсу. Они, коротая время, негромко разговаривали на незнакомом языке. Дхау, слегка зарываясь в волну, поднимало массу брызг. Водные шарики, поблескивая на солнце, падали на обнаженные торсы матросов, но те не обращали на это внимания.