Евангелие от Святого Духа

 – Как рожать, так от Господа, а как в провонявшей блудом спальне прибраться, или кроватку детскую сделать, так это бесправный муж обязан! Хрен тебе, дева непорочная!

– Кроватку Яша принесет, он обещал! – взвыла Мария, держась за пузо.

– Откуда у твоего пастуха кроватка, – презрительно бросил Иосиф. – Максимум, ясли для козлят припрет, козел прыгучий! Твой голубок тебе тоже много чего посулил, и где? Срифмовал бы я, да все и так очевидно…

Но скепсис старого плотника был разрушен появившейся на горизонте колесницей.

Черная закрытая колесница с тонированными стеклами, громко завывая, двигалась сама, без помощи лошадей. Сине-красные огни искрились на ее крыше.

– Ух ты, – с уважением сказал Иосиф. – Правительственная…

Колесница, обдав грязью будущего отчима сына Божьего, притормозила. Из нее выпрыгнули двое похожих друг на друга амбалов с военной выправкой, одетых в штатские черные хитоны. Они услужливо распахнули заднюю дверь колесницы, и на свет божий вышел невысокий лысоватый блондин, одетый в украшенный золотом черный хитон, прикрытый пурпурным плащом.

С его выходом совпал вопль Марии и булькающий крик новорожденного.

– Вы волхв? – почтительно обратился к блондину Иосиф.

– Почему сразу волхв, – равнодушно ответил блондин. – Волхвов вам сейчас подвезут, они в пробке застряли. У вас такое дурацкое бездорожье, не то, что у нас в столице…

– За звездой, небось, ехали, – залебезил Иосиф.

– У меня на погонах и так звездочек хватает, – отрезал блондин.

– Но вы ведь к сыну Божьему, вам Господь путь указал? – уже с нажимом переспросил Иосиф.

– Зачем нам Господь, нам Господь без надобности, – заулыбался блондин. – Наши информаторы – скромные, многократно проверенные люди. Что же касается отпрыска Творца, то да, я по этому вопросу. Сейчас технику подвезут, волхвов нагримируют и будем праздновать светлое Рождество!

– Рад принять ваши поздравления! – раболепно вытянулся Иосиф.

– Вы-то здесь причем? – удивился блондин. – Петя, Андрюша, проверьте эту халупу!

– Так точно! – двое бугаев синхронно отдали честь и наперегонки побежали к скромной хижине Иосифа.

– Ребенка-то хоть поздравите? – переспросил муж Божьей матери.

– Детей я люблю, – облизнулся блондин. Взор его упал на играющего в соседнем дворе мальчика Никетаса, сына Якова и Сары. Глаза столичного гостя замаслились, и он, чуть хромая, подошел к ребенку, задрал его хитон и плотоядно впился губами в его живот. Никетас замер от ужаса и начал громко икать.