Как я стал Богом

– Надо проверить, – регистратор приёмной комиссии покинула свой пост и удалилась.

Мы ждали её минут двадцать, посматривая и обсуждая суетящихся абитуриентов, их мам и пап.

– Всё в порядке, – регистратор строго и с обидою взглянула на меня, приглашая Дашу к столу написать заявление, заполнить анкету.

Покинув стены Альма-матер со змеёй, любительницей выпить, мы облегчённо расхохотались.

– Это дело надо обмыть.

И Даша согласилась.

Остаток дня мы кувыркались на аттракционах, катались на пароходике, стреляли в тире.

– Ты где?

– В Робине с Бобином.

– Где? С Бобчинским?

– Нет, с красивой девушкой.

– Шибко красивой?

– Глаз не отвести.

– Вези домой, у меня есть, что к столу подать.

У Даши была масса женских достоинств, и напрочь отсутствовало чувство противоречия, так раздражавшее меня в девушках. Уговорить её пойти к нам в гости и познакомиться с мамой не составило труда.

Выбирали торт-мороженое.

– Мы тут веселимся, объедаемся, а твою маму кто угостит?

– ?

– Девушка, – позвал работника кафе, – вот этот торт вы можете доставить по указанному адресу?

На её кивок Даше:

– Диктуй.

Девушка принесла открытку:

– Можете черкнуть пару фраз.

И Даша написала:

– «Мамочка, я поступила!!!»

Мама у порога бесцеремонно схватила Дашу за руки и потянула на свет под люстру.

– Ну-ка, ну-ка, ну-ка…. Какая хорошенькая!

Она чмокнула Дашу в щёчку. Та засмущалась и развеселилась одновременно.

Мы накрыли стол в гостиной. Я поклевал немножко из тарелочки, пересел на диван, взял гитару – дам надо развлекать.

– Утро туманное, утро седое, нивы печальные, снегом покрытые… – опустил голос в доступные мне басы.

Мама поднялась, обняла Дашу за плечи, чмокнула в щёчку:

– Всегда мечтала иметь такую прелестную дочку, а родился вот… Шаляпин.

Её ласковый взгляд не соответствовал укоризненным словам – меня она тоже любила.

Засиделись допоздна.

– Милая моя, солнышко лесное…

Хором пели:

– Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались….

Провожая Дашу домой – она жила в соседнем подъезде на втором этаже – поцеловал у её дверей. Она стояла покорная, поникшая, не тянулась ко мне – и я не решился продолжить….

Был на тренировке, когда в нашу дверь позвонили.