Курьер колдуна

Но обращение произошло спонтанно, потому что драконья ипостась была на пороге смерти.

– А что такого в том, чтобы погулять человеком в пятнадцать лет?

– Что… что… – с досадой протянула девчонка. – Если я буду дольше находиться в ипостаси человека, чем дракона, то я стану человеком.

– А сейчас ты кто? – удивился я.

– Сейчас я ещё дракон в облике человека. И характер, мысли, отношение к миру у меня драконьи. Но живя в ипостаси человека, я рискую стать человеком, который может оборачиваться драконом.

– Ну не скажи, – не согласился я. – Может для вас, драконов, пятнадцать лет, это не срок, а так-то времени уйма. Можно найти способ вылечить твою крылатую ипостась. Ты же сама сказала, что обернулась в девушку вчера в первый раз за пятнадцать лет.

– Ты дурак, да? – зло посмотрела на меня собеседница, но похоже вспомнила мое предупреждение и быстро поправилась. – Ой… Ладно… Ты просто не знаешь.

– Что не знаю? – поторопил я умолкшую девчонку, которая чтобы взять паузу, принялась закатывать штанины и рукава слишком большой для нее одежды.

– Пятнадцать лет – это мой полный возраст, от вылупления из яйца, – фыркнула Соли. – А на то, кем я буду, драконессой, умеющей оборачиваться в девушку, или девушкой, умеющей оборачиваться в драконессу, влияет возраст разумности. Сколько я прожила разумной.

– Ну и что? – пожал плечами я. – Я вот тоже помню себя лет с пяти, да и то какими-то урывками. Разум, он не сразу формируется, но у тебя как минимум лет десять в запасе есть, пока человеческая ипостась не перевесит.

– Я разумная двое суток, – душераздирающе вздохнула девушка. Затем глянула на встающее над горами солнце и добавила. – Будет часа через три.

– А до этого что? – пораженно спросил я.

– До этого я была животным. Драконы не сразу обретают разум, а довольно долго живут как летающие рептилии. А я ещё и какая-то тупая была. Сама не понимаю, как выжила. К такому возрасту дракон должен быть с лошадь размером.

– Почему? – не понял я.

– Ты дурак, да? – зло прищурилась драконесса. – Почему животные плохо растут? Болела или питалась очень плохо.

– А ты не помнишь? Ну… Прежнюю жизнь?

– К счастью нет, – махнула рукой Соли. – Помнить позорные охоты на мышей и лягушек мне только не хватает. И вообще! Смени тему!

Я удивленно покивал и принялся умываться в ручье, которого мы наконец достигли.