Охота на святую. Подплащерье 2

И понял, что опять отдал приказ, наткнувшись на укоризненный взгляд богини.

– Естественно, не буду. Мне же мой господин приказал! – ехидно сказала она. – Но теперь не жди от меня помощи и в усмирении души. Она же часть той, кого ты приказал любить.

– Но я же не приказывал любить. Только попросил не злиться на нее. Согласен, на душу тоже злиться тебе не получится. Но любовь тут причем?

– Как тебе сказать. Не как у тебя, такая что «ух»! Но если в отношении к человеку отсутствует совсем отрицательная, а значит и критическая составляющая, то остается только положительная.

Даже если ее мало, все равно это «мало», во много раз больше, чем «ничего».

– О черт! – только и проронил я, с трудом осмысливая такие глубокие материи. – А попросить тебя, если ты знаешь способ усмирения такой души, рассказать его мне, можно?

– Уже попросил, – ворчливо сказала богиня, качая головой, – что равносильно приказу. Ладно! Пока не знаю. Если узнаю, то расскажу. А вообще, одна глупенькая рабыня была бы очень счастлива… э… а…

Я задумался.

Что же такого хотела мне сказать несчастная богиня, но не смогла. Явно что-то очень важное, что позволило бы облегчить жизнь, так сильно зависимой от смысла произнесенных слов амазонке. Может это? Но как бы так спросить, чтобы не приказать случайно?

– В одной далекой стране, – начал я, внимательно глядя в напрягшееся лицо женщины. – У одного глупого человека была очень умная рабыня.

Богиня аккуратно кивнула. Значит можно попробовать в виде сказки, или притчи.

– Однажды этот дурак спросил рабыню, может ли он отдать ей такой приказ, чтобы она не воспринимала его дальнейшие приказы, пока он не повторит их дважды. Второй раз только после того, как она его переспросит.

Челизия резко несогласно махнула головой и продолжила сладким голоском:

– И жили они долго и счастливо. По крайней мере, та веселая рабыня. Потому что чердак ее съехал от такого уже через неделю, а без мозгов жить можно. И даже еще счастливее, чем думая! – а потом более строго добавила.

 – Это так не работает! Просто, если один добрый господин будет семь раз думать, а потом только отдавать приказы, это будет лучше.

И я подумал, что лучше вообще не буду ей ничего говорить. Ну кроме крайних случаев.

Челизия кажется поняла мои мысли, потому что добавила:

– А еще я буду счастлива если ты мне будешь все-таки что-то приказывать… Просто обдумывая. Ведь судьба рабынь – выполнять прихоти хозяина. От этого они расцветают.