Охота на святую. Подплащерье 2

Про видение лжи я блефовал, но если скажет, что невинно пострадавший, то довезу до города, там снимем ошейник, и выгоню.

Тот сначала хотел что-то спросить, но потом понял, что сначала его рассказ.

Звали его Зинно. И был он вором. Точнее, не так. По основной профессии он был циркачом. Фокусником и певцом очень хорошим, а всем остальным помаленьку. Но основным доходом их бродячей труппы было воровство. Как правило, чистили карманы зевак, собравшихся на представление. И очень осторожными были. Не вытаскивали все из кармана или кошелька, а только часть.

Иначе бы их веселую компашку быстро повязали. Ловкость для таких филигранных краж требовалась просто запредельная, вот они ее и натренировали.

Кончилось все неожиданно. Случайно один из их труппы оказался там, где ловили какого-то серьезного преступника. Циркача допросили с магом-правдовидцем, и по итогам допроса вся труппа была выставлена на продажу. На виселицу они не наработали, а рабы – это неплохая прибавка к бюджету города.

Зинно купил местный импрессарио, и, используя смазливую внешность и отличный голос нового раба, одел в женское и представлял как чудо-певицу.

Сборы были неплохие, только многие слушатели желали продолжить общение с такой красивой рабыней. Хозяин, естественно, опасался такого развития ситуации, чем только распалял жажду прекрасного в местных гуляках. Вчера же ему предложили очень уж много, и он решил рискнуть с вусмерть пьяным купцом.

Я, честно говоря, не знал сочувствовать мне или смеяться.

Но это поначалу. Потом понял, что посмеяться вообще не могу. Хоть и сочувствия вор у меня почему-то не вызвал.

А потом Зинно попросил меня оставить его себе. И тут я по-настоящему удивился.

– Я согласен быть даже рабом! – уткнувшись взглядом в землю, бубнил подросток. – Я вижу, что вы хорошие. А себе я не верю, хоть и раскаялся давно за свои грехи. Я постоянно молился светлым богам. Их храмов здесь нет, но можно же и без храма. А особенно я молился Светлейшей Народной Святой Сильвиане! Она же была когда-то давно темной, но смогла стать святой! А я много баллад знаю.

И про нее аж несколько. Некоторые здесь и петь нельзя. А вы хорошие! Я рядом с вами себя очень хорошо чувствую. А когда молился Святой, то мне показалось, что она где-то совсем близко от меня!

Я ехидно посмотрел на Сили, но моя улыбка сразу увяла. Она сидела с торжественным и строгим выражением на подростковом нарисованном лице. Ну да… домолились мои бывшие подданные.