Венец безденежья. Счастье неукрощенное 2

Только мать легонько стукнула его по руке, да жрица, от которой демарш не укрылся, пробормотала себе под нос:

– Сколько этих дур и дурней? Все надеются, что мать прижила их от более благородного…

Но инцидент последствий не имел, парень коснулся нужного камня, который ответил ему вспышкой яркого света, браслет был надет на запястье, и вскоре семейство укатило на своей дребезжащей полутелеге-полукарете. А жрица вытерла пот от тяжкого труда по заполнению нескольких строк в книге и направилась в трактир, комнату в котором мы и сняли.

Пока она там пила свою законную утреннюю кружку пива, я развил нешуточную деятельность.

Пользуясь тем, что толстенный журнал остался на столе, я отправил в храм кота, и тот своей пушистой лапой стал листать страницы. Я смотрел его глазами и быстро записывал.

Уже через полчаса все для нашего внедрения в благородное общество было готово.

– Ты будешь урожденная ненаследная баронесса Анисана во Лардос, а я наследный лорд Киран Симир, – наставлял я супругу. – Я посмотрел похожие имена.

Для северян это звучит обычно. В книге есть записи отпрысков, у которых были бабки в северных землях.

Аниса морщилась, но вынуждена была смириться. Для настоящей Леди менять имя недопустимо, но… если просто исковеркать на местный лад, то еще туда-сюда. Тем более, представляться она может и не полным именем, а значит своим. Это если ей вообще придется представляться, так как она будет вынуждена быть немой в местном обществе. На бумажке разве только написать имя.

А бумажка и произнесенное своими устами – это две огромные разницы!

Впрочем, был и более веский довод. Я потряс жену за воротник и даже пригрозил ей допустимой над Леди расправой со стороны мужа, дабы немного привести в сознание с пониманием, что мы здесь на вражеской территории и выкрутасы благородной леди могут запросто привести к нешуточным неприятностям.

Впрочем, не сильно преуспел. Аниса, только слегка покраснев, возразила:

– Ну пару шлепков от тебя я переживу. А более суровые расправы, это уже или ссылка в монастырь, или казнь.

Такого я даже не боюсь от тебя, любимый.

Я только махнул рукой, но все-таки попросил жену сунуть в рот шарик и, отдав ей деньги, взял за руку, и мы пошли, наконец, в храм, благо и жрица уже выпила свое пиво и теперь сидела на месте.

При входе нам пришлось сразу расстаться с двумя золотыми, а потом я немного смущенно, ну как мог, произнес:

– Э-э-э… уважаемая, нам надо получить новые браслеты.