Рокомотив

Чтобы не путать с Димычем, его прозвали Митей. Был Митя на добрый десяток лет моложе остальных, но, с другой стороны, Воробей был еще моложе и никого это не смущало. Правда и тут не обошлось без проблем: когда Василевский по издательским делам отлучился в Москву, взбудораженный Костик позвонил ему чуть ли не среди ночи и сообщил: Митя продал железо и сказал, что завязывает с музыкой.

Проблема барабанщика, кажется, стала для «Проспекта Мира» традиционным проклятием. Однако на деле выяснилось, что на железо Мити просто нашелся хороший покупатель, а завязывать никто не собирается и с чего Костя- вокалист всполошился – вообще непонятно.

Тем более, что оставшееся железо на порядок круче проданного – зря, что ли пивной фестиваль озвучивали?

В общем, «Проспект Мира» вздохнул с облегчением и продолжил репетиции, но не прошло и трех месяцев как грянул гром пострашнее: с музыкой решил завязать Шевцов. Просто объявил об уходе, развернулся и ушел, не реагируя ни на какие увещевания. И пропал в целом – отвечая на звонки в лучшем случае раз из десяти и наотрез отказываясь контактировать.

Предположили, что у него проблемы с бизнесом и кое-какие подтверждающие это слухи по городу действительно прошли.

Старички с примкнувшим Митей выпили водки на репбазе, решили – какого хрена? Не дождетесь! И постановили: зря, что ли, на дворе двадцать первый век давно? Надо дать объявление на местный сетевой форум: мол, требуется басист, любитель старенького тяжелого рока.

Объявление сработало чуть ли не моментально: басист появился буквально через неделю.

Ровесник Мити; звали его Максим Сурмило. Служил на местной авиабазе Его Императорского Величества Военно-Воздушных сил в чине капитана. Оказался он человеком весьма увлеченным, умелым, с фантазией; мало того – он еще и вполне прилично пел, а в отсутствие Данила единственный вокалист многие давние фишки первой реинкарнации исполнить просто физически не мог. И – о чудо! – «Проспект Мира» внезапно воспрял и зазвучал немного по-новому, именно так, как и требовалось, словно добился необходимого баланса опыта и молодости.

Через пару месяцев репетиций и единственного концерта все тот же профи со студии наконец-то намекнул: а не записаться ли вам, братцы? Правильно записаться, не так по-дилетантски, как раньше?

Конечно же, он оказался нормальным человеком и никакого зуба на «Проспект Мира» не имел. Более того, старого эпизода с песней и отказом он вообще не помнил.