Начало Новой Мировой

Со всего округа, говорят, стягивают силы.

– А обстреляли-то кого? – не понял Дима.

– Тех, кто позиции сейчас готовит. Сапёры или инженеры, не помню…

– А откуда слышал?

– Зам.ком. взвода рассказал. Он у нас отделением командует.

– Понятно.

В голове и без того нервного Димы сразу возникла неприятная картина: из обломков домов в деревне выбираются люди, чудом пережившие обстрел, начинают вытаскивать раненных и пытаются вызвать помощь, как вдруг на них вновь начинают сыпаться снаряды… Среди выживших сознание нарочно рисовало Лизу.

Ту самую дорогую сердцу Лизу, без которой Дима уже не представлял себе привычную жизнь. До последнего хотелось верить, что она жива и едет он туда не напрасно…

Как бы не хотелось это признавать, неприятные мысли помогли Диме избавиться от ощущения тягучести поездки. О том, что они приближаются к периметру «карантина», понял только когда его за плечо дёрнул Костя.

– Вид у тебя вообще никакой. – заметил тот, когда удалось привлечь внимание.

– Догадываюсь.

 – угрюмо отозвался Дима, опустив взгляд на бегущее под колёсами покрытие.

– Сейчас будем проезжать КПП. Так что готовься, на опасную территорию заезжаем.

Усилием воли рядовой поднял хмурый взгляд над дорогой и принялся смотреть по сторонам. Проснулся интерес к происходящему на линии соприкосновения с территорией, на которой против неведомого врага разрешено применять что угодно.

Справа от пути, вдоль всё того же леса, по плану пролегала линия укреплений. На пологом склоне, укрытом пожухлой травой, работала непривычная взгляду техника Инженерных войск и множество солдат.

Сейчас их личным оружием были лопаты, которые те усердно сбивали о промёрзшую землю, выкапывая траншеи.

Немного впереди, на более ровной местности, среди травы угадывались ещё такие же солдаты. Отчётливо они виднелись только у МТ-ЛБ выше по склону. К ней то и дело подбегали солдаты, брали ящики (как правило, двое один) и бежали обратно.

«Минируют.» – мысленно догадался Дима.

Вопреки слухам, воронок от снарядов не видно ни справа, ни слева.

Появилось предположение, что, раз тут всё чисто, обстреливали какой-то другой участок. Скептическая же часть мужчины предполагала, что обстрела не было вообще и все эти слухи – выдумка какого-нибудь напуганного солдата.

Контрольно-пропускной пункт особого доверия не внушал. Единственные укрепления представляли из себя окопы с насыпями, укрывающие только лежачего, и несколько стен из мешков с песком.