Между адом и раем

Юноша, у которого было приподнятое настроение, то и дело пинал ногами небольшие снежные льдинки или все то, что попадалось ему на пути. Перед галереей передовиков производста, прямо перед знакомым зданием, под ногу ему попалась пустая бутылка из-под пива. Он отошел назад и, слегка разбежавшись, с силой пнул стеклянный сосуд. От удара бутылка пролетела несколько метров, затем, резко изменив направление, ударилась об один из металлических стендов. Раздался треск. Осколки разбитого стекла полетели в разные стороны.

Пешеход, словно ничего не случилось, ехидно улыбнулся и продолжил движение. Неожиданно позади него раздался голос:

? И опять эта шпана из детдома не дает людям спокойно отдыхать… Все ломают, все воруют…

Сирота повернулся назад и слегка опешил. Перед ним стояли две девочки, они были хорошо одетые. Его поношенное полупальто явно контрастировало с их богатым одеянием. Девочка, что была чуть повыше своей подруги, была одета в меховую курточку с застежками-шнурками.

На ней также были белые полусапожки. Вторую особу он не стал разглядывать. Он уже нисколько не сомневался, что они приехали из Омска или имели богатых родителей. Подобные же ему, никогда таких нарядов не имели. Раздумывать о социальных проблемах советского общества ему больше не пришлось.

Высокая незнакомка почти вплотную подошла к нему и прошипела:

? Ты, деревня… Зачем ударил передовика производства? Так и все можно сломать…

Стрельников не выдержал. Он напрягся и ударил рукой в плечо назидательницы.

Она не упала, лишь слегка накренилась назад. Затем резко выпрямилась и с силой ударила его в грудь. И тут же прокричала:

? Ты, вонючий детдомовец… С кем ты дерешься? Ты знаешь, кто мы такие? ? На помощь ей пришла подруга. Она обеими руками вцепилась в обидчика своей сестры и со слезами на глазах произнесла:

? Наш папа первый секретарь горкома партии, а мы его дети… Ты поняла, обезъянка детдомовская… ? Несколько переведя дух, она в таком же тоне продолжила.

? Вот сейчас пойду и позвоню в милицию… Она тебя заберет…

Будущий учитель начальных классов на какой-то миг опешил. Опешил не от бешеного натиска незнакомок. Опешил и не от того, что его припугнули милицией. Людей в погонах и с оружием он раньше всегда боялся. Сегодня же он понял, что милиция не такая уже и грозная. Погоны носили и хорошие люди, как подполковник Филимонов. Однако и он, начальник, боялся Половозова.