Сатана

Чуть-чуть на кладбище поголосили несколько бабок, которые таким образом отдали дань уважения усопшим, и наверное, предчувствуя свою близкую смерть. Ева на кладбище не пошла.

Смерть Елизаветы Крот и его сожителя взбудоражила жителей Водяного. Каждый день, а то и каждый час, приносил все новые и новые «подробности». Милиция и местная власть официальной информации по поводу случившегося не давали. В верхах пришли к заключению. Елизавета и ее сожитель покончили жизнь самоубийством, не применив друг к другу насилия.

Третьих лиц, которые могли бы покушаться на них жизнь, не было. Дверь бани была закрыта изнутри, стекло в небольшом окне бани не было разбито. Никто не пролазил и в трубу печи в бане, никто и трубу печи не закрывал. Свидетелей странной смерти Кротихи и его сожителя также не было. Были только одни сплетни, а они закономерное явление, независимо от того, кто ушел в потусторонний мир, или кто еще остался здесь, на грешной земле.

Молодая Кротиха родила девочку несколько раньше, чем ожидалось.

Родила в районной больнице, куда ее привезли родители Нины Кулешовой, Как ни странно, девочка родилась в день рождения своей мамы – 5 марта. Матери было уже и только шестнадцать, дочь начинала только жить. Роды прошли нормально, без каких-либо осложнений. Да и ребенок родился как ребенок, голова, туловище, две ноги, две руки. Правда, на правой руке у девочки были два срощенных пальчика, включая мизинец. Врачи по этому поводу провели консилиум: делать разрез или нет. Единства, как такового, не было. Одни предлагали операцию делать сейчас же, другие предлагали это делать попозже, когда ребенок окрепнет. Молодая мама была за второе предложение. Через неделю Еву с ребенком выписали из родильного отделения. Она вновь оказалась в избушке наедине с собой. Маленькое дитя еще было несмышленым, и только иногда попискивало. Молодой матери очень нравилась дочь. Ева довольно часто рассматривала девочку, стараясь определить на кого она похожа. На кого была похожа дочь еще невозможно было определить. Однако уже сейчас Еве очень хотелось, чтобы девочка была похожа только на нее, и ни на кого больше. Молодая мама хотела быть сама счастливой, хотела сделать также свою девочку очень счастливой. Но увы, не тут -то было…

Как и раньше, Ева Крот для большинства селян оставалась «гулящей». Мало этого, кое-кто из «башковитых» допускал мысль о причастности «красотки Евы» к смерти своей матери, а также и к смерти отчима.