Великий Кристалл. Памяти Владислава Крапивина

? Скоро нас схватят патриотически настроенные граждане?

Адмирал отвел глаза: ? По требованию флармиев до того, как они заберут вас, вы оба свободны и неприкасаемы, ? нехотя сообщил он. ? Хоть вместе, хоть порознь…

– Порознь… То есть гуляй, рванина? ? горько рассмеялся капитан-бомбардир. ? Могу делать что угодно: стрелять на улице прохожих, гадить на крыльце резиденции президента, насиловать малолетних приютских воспитанниц, и мне ничего не будет?

– Мы обеспечим охрану, ? хрипло подтвердил Парамонов.

– Слушай, адмирал, ? Шарганов вдруг заговорил шепотом, словно кто-то мог их подслушать.

? Значит, порознь… А если я все это – в одной стороне, громко, открыто, всем напоказ… а девчонку тем временем по-тихому…

– Вам обоим вживлены их маячки, ? так же шепотом ответил Парамонов. ? Это тоже требование флармиев. Они все равно заберут вас обоих, капитан.

– Вот дерьмо! ? выругался капитан-бомбардир. ? Куда не кинь… давайте ваши, черт!.. их требования к моему поведению.

Адмирал вручил ему полученный от Лазурного Флармитроя фолиант.

Иван Шарганов взвесил книжищу в руках, прочитал название, подумал и добавил в личный список мерзостей слово «протоколий».

* * *

Флармии не признавали симметрии, ясно выраженных углов и ровных плоскостей. Посольский крейсер более всего напоминал гигантский гриб-дрожалку. Причудливо вывернутая бахрома оранжевых лопастей, темные провалы в «плодовом теле», капли жирной «росы» на лаковых стенках. И запах, всепроникающий запах пряностей! Поверх туши крейсера висела в воздухе оранжевая же дырчатая, сплетенная из склизких тяжей нашлепка посадочной площадки.

Или того, что адмирал Парамонов принимал за посадочную площадку, поскольку об истинном предназначении нашлепки флармии не распространялись. Впрочем, этот вариант был не хуже всех прочих. Он, по крайней мере, имел вполне человеческий смысл.

А может быть, не имел, поэтому машина адмирала садиться не стала. Снизилась, приблизилась, насколько это возможно, и оставила на бугристой поверхности двоих людей.

Едва они коснулись босыми ногами оранжевого желе, в кабине адмиральского коптера возник фантомный флармий.

– Иван Шар-рганов, стражн, истинное-верное, ? возвестил он. ? Курсан Веранд. Тр-ребовательное исполненность. Мной, Лазурный Флармитрой, пр-ринятие есть!

Сильвио Парамонов с сомнением посмотрел на флармия. Эта особь и близко не напоминала того Лазурного Флармитроя. Другое расположение дыхалец и псевдощупалец, другая форма фиолетовых пятен.