Рассвет человечества: война племён

Когда не было надобности в приготовлении пищи, отверстие закрывалось глиняной крышкой, которое было обожжено на костре. Вторая комната спальней. У противоположной от входа стены была сделана печка поменьше, для обогрева и освещения комнаты. Вместо лежанок Егар сделал примитивную кровать. Вбив колья, по углам будущей кровати, мужчина привязал к ним толстые палки, и начал плести каркас, так же как плели корзины. Затем все было застелено теплыми шкурами. Получившаяся кровать была выше пола, и намного удобнее привычной лежанки.

На кухне, Егар так же вбил колья, на которые потом уложил щит из толстых веток, крепко привязав их к ножкам стола. Высота стола была небольшой и позволяла есть только сидя, как в фильмах про Японию, из прошлой жизни Егара. Сидеть на голом полу было неудобно, поэтому все вновь застелили шкурами и кожей. Первую ночь провели с комфортом. Воздух в помещении быстро согрелся, а тамбур завешанный шкурами, не пропускал воздух наружу. Лиса быстро оценила комфорт новой кровати, устроив ночные стачки.

Трилис осмотрел новых дом изнутри, оценив его удобство и тепло, по началу отнекивался от постройки такого же для него. Но после того как они с Омики опробовали новую кровать, когда Егар с Лисой были в бане и не знали о выходке рыжего пройдохи, Трилис спешно начал возводить себе такой же дом. Полностью скопировав его.

– ну извини Егар, я должен был попробовать.

– в моей собственной кровати, как ты мог?– Егар сделал обиженный вид, хотя в душе уже давно простил Трилиса,– я ее потом снова делал, потому что вы сломали ее.

– твоя кровать, – Трилис распробовал новое слово на вкус, улыбнувшись, вспоминая прошлую ночь и то, как их застукали в самый неподходящий момент,– это было очень хорошо!

– конечно ему было хорошо. С голой задницей, да на хорошей бабе.

Оба мужчины громко засмеялись, отвлекая мужчин от плетения стен. Отсмеявшись, Егар заметил густой белый дым, поднимающийся из-за реки. Трилис тоже заметил, и отдал несколько громких команд.

Через пол часа, у ворот селения, собралось пару десятков воинов, вооруженных луками.

На берегу реки, где когда то переплавлялось племя Лин, стояла молодая девушка и крепкий взрослый мужчина. За их спинами горел большой костер, на который сверху накидали много листьев. Белый густой дым поднимался в небо. Мужчина держал в руках длинную жердь, на конце которой была привязана свежая оленья шкура. Больше на берегу реки никого не было.