Снайпер

Чем длительнее он смотрел на девушку, тем полнее восхищался прекрасными чертами, тем глубже понимал, что Её Величество Судьба преподнесла ему шанс познакомиться с девушкой собственной мечты.

Он считался не из робкого десятка и во всех случаях жизни находил повод познакомиться с симпатичной представительницей женского пола. Но в этот жизненный момент, Влад явно потерял дар речи.

В горле пересохло, язык свинцовой гирей присох к нёбу и Влад не находил верные слова и подходящий повод для знакомства.

Он тупо уставился на неё и с восхищением созерцал пленительный образ этого обворожительного ангела в женской плоти, что сошёл с небес.

Девушка тоже заметила пристальное внимание к своей особе со стороны молодого парня.

Вначале ей это жутко не понравилось. Девушку ужас как раздражало, что появись она в людном месте, так обязательно найдётся один, а встречались случаи и два-три мужика, что точно так уставятся и будут пожирать, голодными глазами похотливого самца, её симпатичное лицо и спортивную фигуру.

Всех мужчин она жутко презирала и ненавидела, считала их грубыми, грязными животными. Она с давних времён уверовала, что мужики на планете нужны для одной цели. Способствовать произведению потомства и продолжению рода человеческого. Для других целей они непригодны.

Это происходило, возможно, оттого что на пути не попадались настоящие мужчины и не нашла ещё того единственного, кого полюбила. Ей ещё не встретился тот самый мужчина, кого назвала отцом собственного ребёнка.

Сильная неприязнь к мужчинам происходила, по всей видимости, и оттого, что ей пришлось прожить трудное детство и юность с выпавшими на хрупкие плечи множеством испытаний.

Она родилась двадцать пять лет назад в маленьком рыбацком посёлке на берегу Балтийского моря.

Родители при рождении дали ей имя «Кристина». Но родного отца не помнит. Мать говорила, что он числился рыбаком, но в один из дней ушёл в море и не вернулся. С того дня о нём никаких не имелось известий.

Лет в пятнадцать появился новый отец – отчим.

Отчим считался тоже моряком, но чертовски пил. Девочке неимоверно страшно становилось, когда напивался до поросячьего визга. Тогда он начинал грязно ругаться, бить мать и таскать за волосы Кристину. Так продолжалось три-четыре года.

В один из дней, когда мать не находилась дома, отчим пришёл в дымину выпившим и стал искать, что можно ещё добавить. Но в доме ничего не содержалось из выпивки, хоть большим шаром покати.