Становление

– До свидания! – попрощалась женщина с капитаном и, обернувшись к Вовчику – и тебе до свидания! И спасибо еще раз!

– Что за ерунда, Тузик? – обернулся капитан к парню, сидевшему все это время в углу кабинета на одном из приставленных к стенке стульев – Ты что, забыл? Так я тебе напомню, часики тикают, счетчик крутится! А тебя вместо всего опять наряд задержал. Как так, Тузик?

Капитан разорвал только что подписанный женщиной протокол. Посмотрел на Вовчика и разорвал еще на пополам.

– Вы же видите, товарищ капитан – возмущенно проговорил Тузик – совсем работать не дают! Я же не отказывался! Тузик сказал, Тузик сделает!

– Да конечно сделает, куда он денется – капитан подмигнул Вовчику и достал из столешницы грязный, со следами засохшей заварки, граненый стакан – Только понимаешь, какое дело, Тузик, я уничтожил еще один протокол, а это что значит?

– Плюс триста рублей – выдохнул Тузик и зло сверкнул глазами в сторону Вовчика

– Вот и договорились – капитан достал откуда-то из под стола бутылку водки и налил в стакан почти до половины, заглянул во внутрь стакана, мизинцем почерпнул плавающую чаинку и смахнул ее на пол – Пошел отсюда!

Второй раз Тузику повторять было не надо.

Он сорвался с места словно хорошо смазанная молния, лишь проходя мимо Вовчика еще раз сверкнул глазами. Капитан проводил его взглядом, выпил содержимое стакана и, занюхав рукавом, на сгибе милицейской рубашки, обратился к Вовчику:

– Теперь ты. Кто такой? Куда ехал? Зачем влез?

Вовчик молча положил на стол свидетельство о рождении, из которого выглядывал картонный прямоугольник коричневого цвета – билет на поезд.

– Володя, стало быть – покрутил в руках документ милиционер – Вован, если по-новому. Очень хорошо. Давай, Вован, все содержимое карманов на стол выкладывай, будем смотреть, что ты там везешь.

– Зачем это – не понял Вовчик

– Не нравитесь вы мне, такие вот упакованные во все фирменное, прилизанные – капитан оскалился, приподняв верхнюю губу – выкладывай, или дежурного позвать, чтобы помог?

Деваться было некуда.

На стол лег плеер, наушники, шесть батареек, три кассеты. Немного помедлив, выложил и деньги. Сто пятьдесят рублей. Жора всегда учил, что при себе нужно иметь небольшую сумму, на всякий поганый случай. Или не поганый, но деньги иметь надо. Вовчик, перед отъездом отдал бабушке три сотни, и сто семьдесят оставил себе. Потратился на батарейки, кассету, камеру хранения и шашлык. Вот и осталось сто пятьдесят.