Нулевой уровень. Книга первая

Увидев друга, он заулыбался и дал знак, что не может подойти к нему ближе.

Троллейбус пришел вовремя. На проходной девятого корпуса пропуск привычно пискнул, когда Клетиан провел им по считывающему устройству. И день этот прошел без единой зазубрины, даже Магорыч вел себя пристойно – всего пять раз отвлек его до обеда, и три раза после (на полный желудок ему было лень подниматься со стула).

Когда же прозвенел звонок, и все начали собираться домой, Клетиан застыл, глядя на темный экран компьютера, в котором отражалось его худое испуганное лицо.

Клетиан сглотнул со щелчком – на длинной тонкой шее заходил кадык.

Магорыч всё-ещё копошился за перегородкой, пытаясь привести рабочий стол в порядок. Он пыхтел и тихо ругался, когда укатывалась ручка или скомканный листок летел мимо корзины для бумаг.

Клетиан собрался с силами, встал, взял куртку под мышку и ссутулившись пошёл по длинному узкому проходу между отсеками.

В коридоре он повернул не налево, как обычно, а направо. Дошел до лифта, нажал кнопку седьмого этажа, вошел внутрь, а когда дверь распахнулась вновь, увидел вход в приёмную Залимана. От него веяло бездной холода.

Клетиан поёжился, пересилил себя и постучал.

– Шин, это ты? – прозвучал приглушённый голос Залимана из интеркома.

– Да, – Клетиан нажал кнопку для ответа.

– Подожди минутку, – голос шефа звучал высоко и звонко, будто он пытался сдержать рвавшийся помимо воли крик.

– Хорошо.

В тесной приёмной у стены стояли в ряд жёсткие стулья с деревянными спинками. Клетиан сел на дальний от двери Залимана стул, попытался устроиться поудобнее, но дерево врезалось между лопаток.

Прошла минута, за ней вторая, а Залиман так и не пригласил его войти. Это настораживало. Шеф любил точность, и за это его уважали операторы и остальной персонал девятого корпуса.

Иногда из-за двери доносились непонятные звуки, будто низкий гул, переходящий в вибрации и медленно растворяющийся в пространстве.

Клетиан неотрывно следил за красной лампочкой интеркома, чувствуя, как его ладони вспотели и замёрзли. Он вытер их о брюки, поправил воротник бледно-синей рубашки и снова попытался откинуться назад, но ощутимый тычок между лопаток заставил его сесть прямо.

Вчера, после разговора с начальником, он думал, что весь сегодняшний день будет гадать, зачем его вызвали.