По зову памяти

Ну, с Богом!

Нырнул в озеро, и все страхи исчезли: чудовища разошлись по домам – динозавры в Лох-Несс, драконы в сказки, зомби на кладбища, а я остался один на один с заиленным дном. Наверное, метра четыре глубина или пять – на глаз определил. Озеро Круглое называется, а я не знаю, что может символом стать его – наверное, блюдо или шляпа или… что там еще имеет форму круга? Подсолнухи?

Как говорится, попал пальцем в небо!

Я нырял и нырял – рыбу видел, всякий хлам находил на дне. Калитка не попадалась.

Но я был в ударе: мне все это нравилось – и я мысленно напевал:

«Сядь на облако, возьми вожжи в руки и рули, куда мечта несет».

Стояло лето, и это было второе лето моего проживания в Хомутинино. Это был второй год моего наслаждения сельской жизнью – когда солнце встает из-за леса, и туман начинает таять над озерами. На них я проводил все свое время. Плевать, что прибрежные леса вплотную уставлены палатками горожан. Я не просто купался и загорал – у меня была цель.

К примеру, на озере Круглое я искал калитку на Тот Свет.

Сказать кому – придут в замешательство. Или на смех поднимут. Но меня чье-то мнение не интересовало. Я был полностью вооружен для подводных поисков – надувная лодка, маска с трубкой, ласты и ружье для охоты в воде. А, кроме того – полнофункциональным воображением, избирательным чувством любопытства, которое позволяло не замечать то, что не соответствовало теме поисков. И еще – я жил совсем рядом с местом событий, поэтому много трудился и хорошо отдыхал после дня поисковых работ.

Вода была вполне теплой. Сначала – приятно прохладной, а потом в азарте поиска вообще теряла свое температурное значение. Это был результат увлеченности.

Я не знаю тонкостей химических процессов, которые поддерживали постоянную температуру тела, но переохлаждения не ощущал даже проплавав весь день от темна до темна. Постоянно приходилось надолго задерживать дыхание, но голова не болела от кислородного голодания. В душе постоянная радость ожидания открытия, когда скользил над поверхностью дна.

Вода была чистой, голубовато-зеленой. Дно полно хлама, затягивающегося илом, но ничего похожего на калитку пока не находилось.

Обычно я плыл и дышал через трубку, торчащую из воды. Иногда нырял к чему-либо непонятному на дне. Удостоверившись: это не то, что нужно, всплывал, выдувал воду из трубки и погружался снова. Где-то в этой подводной стране меня обязательно ждет открытие. И я должен его найти.