Другая реальность. Книга 1

Подойдя ближе, Георгий увидел, что на полу обозначены контуры для подошв, а на верхних плоскостях боковых колонн контуры локтей с ладонями. Причем для пяти пальцев рук предусмотрены углубления, и первые фаланги пальцев как бы углублялись в стаканчики. Как только пальцы погрузились в эти стаканчики, Георгий почувствовал, что его в пространстве стабилизирует какое-то силовое поле, прозвенел гонг, и свет начал плавно гаснуть.

От звука гонга Георгий дернулся и вытащил пальцы из стаканчиков, силовое поле пропало, свет опять начал набирать яркость.

Эта ненавязчивость, готовность следовать его желаниям успокоили Георгия, и он вернул руки на место.

Опять возникло удерживающее поле, сработал гонг, и начал гаснуть свет. Вдруг возник неожиданный спазм, головокружение, свет померк, и Георгий потерял всякую ориентацию в пространстве и времени…

– 2 —

Детство и юность Георгия прошли в Приморье на берегу Японского моря среди сопок Сихотэ-Алиня.

Свободу передвижения по окрестностям родители никогда не ограничивали, достаточно было сказать, куда собираетесь с друзьями – на скалы, на сопки или за три перевала.

Всем премудростям общения с окружающей природой, будь то море или тайга, обучал отец, который с малых лет брал Георгия с собой в свои скитания по окрестностям с ружьем и удочками, и порой они забирались достаточно далеко.

С самого раннего детства Георгий впитывал красоту природы в ее самых естественных проявлениях.

В каждом времени года было свое очарование.

Зима хоть и короткая, но ветреная и снежная. Мальчишки успевали всласть накататься на санках, лыжах и коньках, благо сопок хватало – и на лихих спусках было переломано немало лыж. Морская бухта и впадавшая в нее речка позволяли попробовать коньки и на морском, и на речном льду.

Оттепели приходили к концу февраля, лед в бухте набухал и становился опасным для катания и рыбной ловли. Зато в лесу чувствовалось дыхание приближающейся весны, появлялись проталины и на них робкие побеги подснежников.

После таяния снега, до появления первых листьев, сопки покрывались цветами багульника – и это было поистине волшебное зрелище!

К маю лед уходил, и местная детвора каждый год первого мая бежала через перевал в открытую бухту окунуться в воды залива Петра Великого. В этот день всегда было солнце, тепло, и омовение в студеных волнах залива давало потрясающие впечатления.