Пикник цивилизации. Фантастический роман

Старик подробно рассказал о той ходке. О том, что это было его последнее посещение той Зоны, куда он водил людей, и как, желавшие попасть в сокровенное и сакральное место, комнату, где исполнялись желания, отказались их загадывать. Один был учёным -физиком, другой вроде писателем. Имён их он не знал. Вспоминая тот день, с сожалением и упрёком, дед говорил об их отношении к Зоне, как бы проживая тот день снова:

«Боже мой, что за люди… у них глаза пустые. Они ведь каждую минуту думают о том, чтобы не продешевить, чтобы продать себя подороже! Чтоб им все оплатили, каждое душевное движение! Они знают, что „не зря родились“! Что они „призваны“! Они ведь живут „только раз“! Разве такие могут во что-нибудь верить?» [36 - Последний, но не полный диалог жены и сталкера, пришедшего из зоны, в одной из заключительных сцен фильма «Сталкер» А.

Тарковского.]Тот день стал для него роковым, но всё же, Зона тогда позволила ему больше познать и себя самого и её.

И вот теперь его нет! Лад стоял с мокрой, не покрытой головой и смотрел как двое с лопатами забрасывали пластилиновой землёй могилу, прилагая массу усилий, как будто какая-то невидимая сила противилась им, не желая отпускать Сталкера.

Старик был легендой легенд! Любил уединение, и сильно отличался от нынешних сталкеров, да и вообще -от современных людей. Но в округе он был весьма весомой личностью. Его видение мира и понимание сущности вещей открывали нечто не видимое людям, поэтому все относились с каким-то уважительным снисхождением к его странностям: приходили за советом, за помощью, зная, что он всегда скажет правду, какая бы она была неприглядная и скажет, что делать! Он удивительно много знал о Зоне и сталкеры тоже обращались к нему часто с разными вопросами.

Пережив много горя на своём веку, он не стал чёрствым и объяснял это иронически словами Горького:" Лука, Лука, а почему ты так мягок? -Да потому и мягок, что много мяли!»[37 - Фраза персонажа Луки из пьесы М. Горького «На дне».] В его кротости и мягкости таилась неведомая светлая сила, которая притягивала и покоряла сердца. Он мог импровизированно в разговоре заключать, с особой проникновенной интонацией, следующие подобные суждения:

«Пусть люди поверят и пусть посмеются над своими страстями. Ведь то, что они называют страстью на самом деле не душевная энергия, а лишь трение между душой и внешним миром, а главное пусть поверят в себя и станут беспомощными, как дети. Потому что слабость велика, а сила ничтожна.