Пикник цивилизации. Фантастический роман

Непроницаемость, не доступность центра Зоны распространилась и на Припять. Мёртвый город Припять действительно стал мертвым, в первый раз, за всю историю его существования, в нем долгое время не было ни единого живого человека.

И вот они здесь, первые, после природной изоляции Зоны, и единственные из людей на всей территории «десятки»! Воспоминание этого факта, пришедшее к Ладу после 30 секундного оцепенения от пробуждения, веяло ещё большей мрачностью, чем виденный сон.» О, Рыжий, Рыжий, как не странно, но я рад видеть твою надоевшую рожу!» -подумал Лад.

У него, от нахлынувшей сентиментальности, даже чуть не навернулись слёзы. Рыжий сидел молча на свёрнутом бушлате в углу комнатушки. Со свойственной только ему иронией, отображённой на мимике лица, наблюдал за происходящим, как Лад с очумевшим видом «отстреливает дупля»[7 - «Отстрелить дупля» – (сленг) вникнуть, понять.]: где ж он сейчас и что с ним? Рядом у стены стоял спецназовский ВАЛ, возле на ящике, прикрытом импровизированной скатертью в виде старой газеты, стояли, недавно открытая, бутылка водки, стакан, распакованная банка тушёнки, а на краю лежал охотничий нож ручной работы из хорошей стали и с резной ручкой, сделанный и подаренный ему на днюху Ванькой» Токарем». У ног валялась уже пустая бутылка сорокоградусной. В руках, одетых в кожаные обрезанные перчатки, Рыжий держал тот самый светящийся плеер и в такт, игравшей в наушниках музыке, постукивал ногой. Не бритая рыжая щетина, на голове камуфлированная косынка-бандана, берцы, камуфлированные штаны, полосатый тельник и разгрузка, в левом ухе серьга в виде кольца, какие носили казаки. [8 - Казачий обычай носить серьги связан исключительно с военной стороной жизни. Однако не все казаки имели право носить их. Серьга в левом ухе у казака означала, что он один сын у матери, серьга в правом – последний мужчина в роду. Если же казак носил по серьге и в правом и левом ухе это означало, что он один ребенок у родителей. В походах и боях таких по возможности берегли. ]В этом полумраке он смахивал на какого то пирата -«вечно молодой, вечно пьяный»… блин! Его лицо само по себе отражало парадоксальность и таинственность русской души. На первый взгляд, кажется строгим, но в тоже время светится добротой. Cтрогость придают, нависшие над глазами, густые брови и тонкие губы, но глаза меняют первое впечатление – в них искорки весёлости и мягкости. Коротко постриженные рыжие волосы, слегка оттопыренные уши.