Побег из Рая

– Дорогие товарищи! Сегодня наша страна в едином душевном порыве встречает величайший праздник всего прогрессивного человечества – столетие Владимира Ильича Ленина, основателя первого в мире социалистического государства, идейного вдохновителя и вождя Великой Октябрьской социалистической революции, которая впервые во всемирной истории раскрепостила пролетариат и беднейшее крестьянство. Как заявил дорогой Леонид Ильич Брежнев, гениальный вождь советского народа и генеральный секретарь нашей партии в своем докладе на XXIII съезде КПСС…

– Как складно говорит, – с неприкрытым восторгом прошептала мама Сережи Сотникова маме Люды Почиваловой, – Не знаешь ты, чей он? Никак приезжий?

– Да что ты, это же сын Марии Васильевны Федотовой, председателя сельсовета из Чугунки.

Витька Федотов.

– Витька Федотов? Мимо бы прошла и не узнала! Как вырос – то. А ведь совсем еще недавно с колхозными пацанами собак по деревне гонял. Ишь ты, какой важный стал.

Сразу видно, деловой, далеко пойдет!

– Далеко, это точно. Он женат на дочке секретаря Саратовского горкома партии! Свадьбу недавно сыграли, тесть им квартиру двухкомнатную подарил…

– Да ты что!

– А ты думала…

Читал свою речь Федотов недолго. Видно, в этот день уже не в первый раз ему пришлось держать речь. Слушали его в половину уха, больше делая вид. Пропагандой, которая велась всюду и постоянно, все были напичканы до отвала.

– Да здравствует Коммунистическая партия Советского Союза! Вперед к победе коммунистического труда! – закончил оратор свое выступление.

В зале раздались продолжительные аплодисменты.

Следом слово было предоставлено Илье Кузьмичу Козодаеву, старому большевику, участнику и герою Гражданской войны, и, как он сам уверял, большому другу Василия Ивановича Чапаева, у которого он управлял конями в персональной тачанке. Во всяком случае, на всех революционных праздниках он неизменно появлялся в старых кавалерийских шароварах.

Также Илье Кузьмичу приписывали знакомство с самим Владимиром Ильичем Лениным. Якобы именно они вместе несли то знаменитое бревно на первом коммунистическом субботнике в Москве. Никто из компетентных товарищей, конечно, не проверял показания старого большевика, который давно уже, похоже, тронулся умом от собственной важности. А односельчане так, посмеивались беззлобно.