Живая вода

А с Вами такое случалось?

М-да…

А вот еще рассказ-пересказ деда моего Егора Ивановича Апалькова.

Он работал конюхом в колхозе. Когда война началась, забрали его в трудовую армию, вместе с конем и телегой отправили в Магнитку. Они там уголь к печам возили, шлак на отвалы, руду и болванки отлитые. Жили в казармах при заводе, но красноармейской формы не давали – в робах ходили без погон и званий.

Воронок у него – рысак-полукровка орловской породы, статями просто загляденье. Если в двуколку запрячь, рысью идет любо-дорого посмотреть.

Под седлом да нагайкой ожечь такой галоп выдавал, что дед с ним все призы брал на районных сабантуях. Чудо конь!

Егор Иванович год добросовестно отработал прежде, чем отпуск получил на три дня домой. Спозаранок заседлал Воронка и напрямки погнал, держа курс по солнцу – такой уговор с начальником был. Прямиком-то короче, а дорогами 200 верст. Как раз за день добрался, пустив жеребца в рысь.

Гостинцы-подарки привез разлюбезной своей Дарье Логовне и девкам – у него три дочери.

Две ночи и полный день гостил. Дел переделал по хозяйству, сколько успел. Сети поставил, побутил – принес полтора ведра карасей. Все приварок к столу.

А уж налюбились они с Дарьей Логовной на год вперед, а может, до конца войны – как карта ляжет.

Спозаранок третьего дня отправился в обратный путь. Правил все также напрямки, хотя небо и горизонт застилал мелкий нудный дождь. День прошел, темнеть начало – не видно Магнитки. В ясную-то пору далеко чернит небо дым его труб, а теперь не видать.

Ошибочка вышла, и как бы деду за нее фронтом не поплатиться, а может, расстрелом – в те времена строгость была.

Опустил он поводья – пусть будет, что будет, и вывез Воронок его на заимку.

Света нет в окнах, но видно, что не заброшена. Постучал кнутовищем по крыше ворот – окно затеплилось. Выходит молодка лет тридцати.

– Чего тебе?

– Путь на Магнитку укажи.

– А откуда путь держишь?

– Мимо Пласта ехал.

– И-и-и! Проскочил ты Магнитку. Ну, давай заходи – отдохнешь, обогреешься, утром поедешь.

– Успею к началу рабочего дня?

– Да тут час езды. Коня в стайку поставь.

Расседлал Воронка, сена задал. Вошел в избу.

– Что же скотины нет у тебя? – птица одна.

– Скотину забрали на нужды армии – все для фронта, все для победы.… А птица сама плодится и кормится.

Хозяйка на стол собирает, а сама взглядом так и ластится.

– Муж-то на фронте?

– Убили под Псковом, еще в первые месяцы войны.