Оскал Стикса

Монстр уходил в сторону рывками и большинство пуль прошло мимо цели. Костыль, довернув башню, взял упреждение больше двадцати метров по ходу движения монстра, вдавил спуск. Этот способ оказался на много эффективней. Противник буквально нарвался на смертоносную струю стали. Пули, попав в бок, завалили его своей энергией на бок. Попытка встать не увенчалась успехом – больше тридцати пуль различного калибра застучали по броне. Он уже не вел ответный огонь, а пытался уйти из-под огня в складки местности. Но продолжал огрызаться.

Когда он повернул голову в сторону преследователей, из ранца вновь вырвались огненные шары, но уже красного цвета. Оба по дуге полетели в сторону ближайшего к нему бронетранспортера и взорвались большими ярко-красными шарами перед щучьим носом машины, которая тут же остановилась, как будто налетев на невидимое препятствие.

Костыль всего этого не мог видеть. Он продолжал вести огонь короткими очередями и последняя очередь, вошедшая в спину отступающего противника, окончательно свалила его.

– Костыль, головной БТР «накрылся»! Передка почти нет. Водиле, по ходу, хана.

– Потом все. Разберите направления и контрольте, а я к нему прокачусь.

– Принято! – дважды прозвучало в шлемофоне.

Он дал команду остановиться, когда до цели осталось два десятка шагов. Поверженный противник был хорошо виден на низкорослой травяной лужайке. Подведя прицел, Костыль, на всякий случай, сделал одиночный выстрел в одну из ног. «Если убит, то не помешает, а ранен – убавит прыти».

– Я на осмотр. Один. Подмените кто-нибудь на пулемете, – подхватив свой автомат, он выскочил наружу и заходя со стороны ног, начал приближаться к телу.

Тело лежало на животе, а большой ранец, горбом возвышался над ним. Правая нога была перебита почти полностью. Оружие, к которому тянулся кабель, лежало рядом. Что-то необычное в фигуре напрягало, но что именно, костыль пока не понимал, так как тело было прикрыто панцирем. Его волновало два вопроса: живой ли этот экземпляр и есть ли рядом еще такие агрессивные и хорошо вооруженные особи.

Встав на колени возле тела, Костыль прислушался и не уловил никаких эмоций. Дар был у него слабый, но все-таки он был – эмпат. Костыль мог немного чувствовать эмоции, которые исходили от живых существ. Страх, боль, удовольствие он проверял на людях, обратившихся тварях, домашних животных. Только чувствовать пока он мог на расстоянии до метра. Дар перспективный, но его еще качать и качать.