Оскал Стикса

Боль разрывала, то виски, то затылок, то лобную часть. Но несмотря на жуткую головную боль и страшную жажду, шевелиться Юля не могла и не хотела. Силы оставили ее, и она, с полным безразличием ко всему, что происходит вокруг нее, лежала, не шевелясь на спине. «Хорошо, что не зима сейчас. С такими спасателями я бы уже околела в морозную погоду».

Так она могла бы лежать неизвестно сколько времени, но в реальность ее вернули выстрелы, которые раздались совсем недалеко. Приподнявшись на локтях, она наконец осмотрелась.

Весь первый подъезд теткиного дома обрушился и представлял собой громадную кучу обломков из конструкций дома, мебели и бытовой техники, а остальная часть дома возвышалась над ней своей изуродованной громадиной. Такое Юля видела только по телевизору, когда показывали хронику происшествий о взрывах бытового газа в квартирах.

Перевернувшись на живот, она хотела встать на колени, но они были изодраны до крови, и она уселась боком, согнув ноги в коленях. С высоты завала, на котором она находилась, открылась жуткая картина.

В нескольких местах к небу поднимались дымы пожаров, на дороге в одну большую кучу, собрались десятки изуродованных при столкновении машин, часть из которых уже успели полностью выгореть и теперь продолжали дымить тлеющими покрышками. Большой продуктовый магазин, куда она зашла, приехав город, чтобы купить тетке вкусный тортик, зиял своими разбитыми витринами, а рядом с центральным входом, перевернувшись на бок, лежал автомобиль «Скорой помощи». И никаких признаков проведения спасательной операции она не увидела. На значительном расстоянии виднелись несколько человек, в одиночку и небольшими группами неспешно идущих куда-то по своим делам.

А вот картина, открывшаяся ей с противоположной стороны дома ее, сразу же испугала. На игровой площадке детского сада лежало несколько тел. По их положению и позам было понятно, что люди уже не живые. Над одним из тел склонилось два человека, вероятно оказывавших помощь пострадавшему.

Со стороны детсада спуститься по развалинам было для нее невозможно и Юля, еще раз осмотрев руины, решила попробовать слезть со стороны магазина. Ее немного смущало, что одета она была только в сильно изорванную и перепачканную кровью и пылью ночную рубашку. «Бред все это. Главное, что жива осталась. А сколько народа осталось там внизу, под развалинами!». Отбросив чувство стыда, она, цепляясь за обломки, начала спуск.