Улыбка Стикса

Есть еще вертолетная группа, в которой один Ми-24 «Зевс», четыре Ми-8 «Уран» и четыре импортных «Робинзона», а также группа беспилотных аппаратов. Там и ударные есть, и разведчики. Но с этими мы очень редко взаимодействуем, так как они больше с «наземниками» работают.

Тягач остановился. Сотрудник аэродромной обслуги в легком скафандре отцепил сцепку от самолета и показал водителю и пилоту поднятые вверх большие пальцы. Тягач ушел назад к шлюзу.

– Гнездо, я Шмель-4. К взлету готов.

– Шмель-4, взлет разрешаю.

Набрав высоту 500 метров, самолет взял курс на северо-запад.

– Дальше пойдем с набором до 700 метров. Максимум тут 1000. А ближе к черноте 100-150 метров, выше все отказывает. А чернота вверху не стабильна, гуляет и по высоте, и по границе. Скорость 300. Максимум на этой лошадке 450, но мы никуда не спешим. Поглядывай вниз, твой сектор от 12 до 3 часов.

Спустя десять минут, Касатоно отдал приказ: – Принимай управление, почувствуй машину – сказал Касатонов, – перед посадкой возьму на себя.

– Есть, принял.

Осмотревшись, Ирме обратил внимание, что на земле в разных местах клубится туман.

– Перезагрузки кластеров, – пояснил Касатонов. – В подконтрольной Базе зоне, все кластеры описаны, маршрут прокладывается в зависимости от их перезагрузок. Но этот мир просчитать нельзя. Он может удивлять, как правило, нехорошо удивляет.

Глава 16.

Парочка. Злой двор.

07.00

Когда Олег проснулся, в окно, сквозь шторы, пробивались лучи, уже давно поднявшегося над горизонтом солнца.

Аккуратно, чтобы не разбудить, Олег, убрав с себя руку Оксаны, встал с кровати. Свет в туалете не включился.

Прошлепав босыми ногами на кухню, Олег взглянул в окно. От увиденного он опешил и шагнув в сторону газовой плиты аккуратно вновь выглянул на улицу.

Его поразило не то, что в пятистах метрах от дома, вместо привычных панельных девятиэтажек, раскинулся большой частный сектор, с множеством деревьев, заборов и разномастных крыш.

Внизу, на придомовой парковке, три женщины, стоя на коленях, рвали зубами младенца. Рядом, на боку лежала розовая детская коляска и выпавшее из нее одеяло.

В пяти метрах от них еще две женщины, стягивали с ветки ореха мальчугана лет пяти. Паренек из последних сил держался за ветку и кричал – Мама, мамочка, не надо! Одна женщина тянула его за ногу, вторая вцепилась зубами во вторую ногу.