На краю сознания

– Итак, вы уже потратили некоторое время на осмотр моей субреальности, и теперь я могу рассказать вам и о предмете моих исследований. – Аллен сделал небольшую паузу. – Я изучаю такой непростой предмет, как человеческие эмоции.

– Эмоции? – переспросил я.

– Именно. Нигде они не проявляются так ярко, как здесь, в мире, где можно испытать всё без риска для жизни.

– Да, я уже заметил, что удар о воду со сверхзвуковой скоростью меня не убил, да и пробыть полчаса под водой и не захлебнуться мне тоже удалось.

Как я понимаю, реалы бессмертны в нейронете?

– Я не знаю законы нейронета настолько хорошо, – Даниэль развел руками, – Но всё указывает на то, что субреальность не может причинить вред своему создателю. Инстинкт самосохранения корректирует ее, даже если мы сознательно создаем опасности.

– Инстинкт самосохранения? То есть, субреальность не является результатом одного лишь сознательного творчества?

– Именно так! – Даниэль поднял палец вверх. – Субреальность создается в равной степени как сознанием, так и подсознанием, и этим особенно интересна.

Вы не могли погибнуть, утонув в море, но вы ведь не знали об этом? И ваши инстинкты подталкивали вас сопротивляться, барахтаться в воде, пытаться выплыть, верно? И ваши эмоции при этом – страх, чувство опасности и неизбежной гибели – они были вполне реальны!

Я даже вздрогнул, когда вспомнил об этом.

– Да, все верно. Когда вода хлынула в легкие, я подумал, что мне конец. Вся жизнь пронеслась перед глазами. Но я быстро успокоился, когда понял, что могу дышать под водой, и страх перед смертью вскоре сменился тревогой о том, что всё отведенное мне время я проведу на дне морском.

– А потом вы увидели мой аппарат, и тревога сменилась удивлением и радостью. Ведь я, можно сказать, вас спас. Верно? – мне показалось, или он подмигнул мне?

Я кивнул. Именно так всё и было. Как будто Даниэль следил за мной с момента падения в воду. Словно прочитав мои мысли, он продолжил:

– Коснувшись воды, вы попали в мою субреальность.

Я немедленно узнал о вашем появлении, и наблюдал всё, что происходило с вами. Эмоции реалов куда интереснее эмоций придумков, и потому я подробно записывал всё, что с вами происходило. Когда вы начали терять надежду, пришло время вас вытаскивать и приветствовать у меня на борту!

– Теперь мне многое стало ясно. Вот только не понял про «эмоции придумков»… Разве они могут испытывать эмоции?

– Конечно! – Даниэль широко улыбнулся.