На краю сознания

Еще один катер вот здесь, рядом с берегом! Нет, не выходит… Герметичный шар! И снова ничего… Я был лишен своей способности творить, и ничего не мог с этим поделать.

– Что будете делать, господин Ник?

– У нас нет выбора, Энн. Я не хочу принимать правила этой дурацкой игры, но по какой-то причине у меня не получается творить. Остается одно – идти в этот Лес Тайн и искать хозяина этой субреальности. В любом случае, в отличие от придумков, нас с тобой нейронет убить не может, и нам нечего бояться.

– Если вы не боитесь и уверены в своей неуязвимости, почему вы готовились к драке с этим бандитом? И зачем вы взяли его оружие?

Действительно, почему я это сделал? Инстинкт самосохранения, рефлексы из реального мира, привычки… Можно ли полностью избавиться от них в нейронете? Я посмотрел на часы на руке – они не показывали время. Выглядят так, словно они промокли или в них батарея села. И даже это я не мог исправить с помощью небольшого изменения субреальности! Лишенный своих недавно обретенных способностей, в чужом агрессивном мире, я не знал точного времени, но точно знал, что его не стоит терять.

Бросив последний взгляд на окровавленный прибрежный песок, я отправился в лес.

В лесу стояла гнетущая тишина. Удивительные деревья самой разнообразной формы, от карликовых до высочайших, сплетались ветвями в почти что непроницаемую стену, с обеих сторон ограничивающую узкую тропинку, которая вела нас к неизвестности.

«Лес Тайн» не оставлял нам возможности свернуть с этой тропинки ни на шаг, по-видимому, таков был замысел местного творца. Я попытался отклониться от заданного им курса, но все попытки прорубить себе другой путь ятаганом ни к чему не приводили – на это ушли бы долгие годы. Выбора не было. Мы углублялись в чащу все дальше и дальше, а я размышлял о том, почему не вижу ни одного пирата, который последовал бы по этой тропинке. Кроны деревьев вскоре сомкнулись над головой. С каждым шагом солнечный свет становился все менее ярким. Если это будет продолжаться, то скоро нам придется идти вслепую.

– Добрые путники, спасите, помогите!

Голос принадлежал мальчику лет десяти. Он появился словно ниоткуда прямо перед нами, а за его спиной тропинка делала развилку. Наконец-то появился какой-то выбор!

– Что случилось? – машинально спросил я.