Где наша не пропадала

Сморщилась на мой утвердительный ответ, словно лимон проглотила. – Врёшь ведь! Я же вижу. Ну, не хочешь говорить, не надо. Потом доскажешь. А теперь попробуй встать.

Проконтролировала, как я на ногах утвердился, да несколько шагов по полу проковылял, и осталась довольна. Но тут же забурчала:

– Нет чтобы первым делом поблагодарить тётушку за лечение, он горшок ищет! Чему вас там только учили…

– Спасибо тебе, добрая женщина, – поклонился, как сумел. А что? От меня не убудет, а женщине приятно.

– Это ещё что за «спасибо» такое? Нужно говорить «благодарю или благодарствую».

Ладно, пообвыкнешь у нас потихоньку. Только придётся пока тебя при себе держать. Будешь вместе с девчонкой по хозяйству помогать. Ну и подучишься заодно кое-чему.

– Это же всё не просто так? – насторожился я. Про бесплатный сыр все помнят, и я в том числе. А тут уже не кусочек сыра, а окорок целый.

– Не просто. Это хорошо, что сообразил. Если и впрямь сумеешь тот голубой огонёк увидеть, то этим за всё со мной рассчитаешься.

И за девчонку, кстати, тоже.

Тут нам одновременно в голову пришла одна и та же мысль. Что-то долго девчушка не возвращается? Ну а поскольку я в этот момент как раз у двери находился, ночной горшок выискивал, то на улицу-то и выглянул.

Глаза протёр, от яркого солнечного света проморгался и чуть было вперёд не бросился!

Мою мелкую знакомую трое обалдуев как раз у колодца и зажали. Шагов сорок до них, хорошо всё видно, в подробностях. Двое за руки держат, а третий, тот самый, с которым я дрался, руку под подол запустил и шарится там, довольный.

Лыбится, сволочь! Шпеньки-молокососы! И на ушко девчонке ещё что-то говорит. Поганое, потому что подельники больно уж злорадно хохочут. Твари! Ненавижу!

И никому вокруг до этого беспредела никакого дела нет! Словно так и должно быть! А ведь люди кругом, краем глаза вижу какое-то шевеление чуть в стороне. Что-то знакомое почудилось в одной из фигур. Метнул туда взгляд – а не ошибся я! Зверолюд мохнатый, тот самый гад оторваться взглядом от представляемого у колодца действа не может! Так и уставился, сволочь, нижняя челюсть отвисла, только слюна не капает.

Или капает, да мне отсюда не видно. Наверняка он пацанов и науськал!

Вспыхнул в груди уголёк, полыхнул ненавистью. Ну, сейчас! А пацаны меня заметили, ещё пуще закривлялись, девчушку за руки начали в разные стороны дёргать. А вожак осклабился, и медленно так вторую руку девчонке за пазуху запустил.

Именно это его действие меня и охладило.