Под крыльями Босфор

– Так точно! Мне срочно нужна связь… Впрочем, еще раз прошу извинить меня и повторить вопрос.

Командующий дернул усами, нахмурил брови, что на его моложавом лице смотрелось несколько комично. А я прямо почувствовал, как адмирал сейчас решает, отругать меня за мое неуважительное поведение или спустить все на тормозах. Да, что-то я оплошал, нашел, когда в воспоминания удариться. Оправдывает меня только то, что дело это очень важное. Особенно в свете предстоящих нам действий. А может, не мудрить и приоткрыть карты адмиралу? Чуть-чуть…

Или вообще не открывать? Сначала доложить Джунковскому, а уже он пусть решает, кого можно посвящать в это дело, а кого нет.

А время-то идет. Думай, голова, думай. Да что я тут сомневаюсь! Эбергард сам больше всех заинтересован в быстром и благополучном спуске на воду новейшего линкора. Кому как ни ему все в своем ведомстве знать положено! Наверняка мне то же самое и Джунковский скажет. Ну же, решайся, Сергей Викторович!

Открыл было рот и сразу же его захлопнул.

Если скажу «А», придется говорить и «Б». Рассказывать о том, откуда я все это узнал. Выход-то где?

Разговор после моей оплошки как-то быстро скомкался. Адмирал явно остался недоволен моим этаким отношением к настолько важному делу. Да еще в свете поручения самим императором. Да только мне все равно. Слишком ценные у меня сейчас сведения, чтобы в данный момент пустяками голову забивать. А император простит…

– Сергей Викторович, в чем дело? – решил не обращать внимания на мое явно неуставное, если не сказать больше, поведение командующий.

Прекрасно его в этот момент понимаю. Ситуация непонятная, двойственная. И не одернешь меня, как положено, потому что я протеже самого ЕИВ, и разговор я сейчас явно неспособен продолжать.

– Еще раз извините, ваше превосходительство, – все-таки решил сказать. – У меня есть очень важные сведения, касающиеся этих самых Николаевских верфей. И своевременного спуска на воду линейного крейсера. Прошу учесть, все, что вы сейчас услышите, не должно выйти за пределы вашего кабинета.

– Хм-м. Молодой человек, вы в своем уме? – и адмирал потянулся к звонку.

Даже по званию ко мне не обратился. Этим самым явно дал понять, насколько низко я сейчас в его глазах рухнул. Ладно, отступать поздно, да и нельзя. Нужно дело делать!

– Погодите, Андрей Августович, – опередил это его движение. И явно своим панибратским обращением выбил командующего из колеи.