Умножая зло

Останавливались у портретов известных артистов, режиссеров и музыкантов. Она всех их прекрасно знала, без всякого снобизма поясняла Сильвестру, кто они. Ее грудной голос завораживал Сильвестра своим бархатистым звучанием. Бездонные черные глаза вспыхивали загадочным блеском. Она вся была окутана ореолом таинственности, будоража его воображение. Не такая она и маленькая, как показалось ему в полумраке зала, вполне ему под стать.

– Вы космонавт, – вдруг сказала она.

– Почему вы так решили?

– От вас веет ледяным простором Космоса.

Но вы не военный.

– Вы уверены?

– Да, – сказала она твердо, – военные это мужланы, огрубевшие в жестоких баталиях. Они лишены всякого светского лоска, понимают только командные окрики и звон оружия.

– Послушать вас, так военные настоящие монстры.

– Так оно и есть за редким исключением.

– Может быть, я являюсь таким исключением?

– Не пугайте меня. Я немного боюсь военных. Но ни один военный не придет на такой концерт. А вы утонченный интеллигентный человек, война не ваш стиль.

– Такого мне еще никто не говорил, – усмехнулся Сильвестр, – вынужден вас разочаровать. Я офицер военно-космический сил.

– Неужели я так в вас ошиблась? Видимо, мои представления о войне слишком примитивные. Расскажите о себе.

– Нечего рассказывать. Война это работа по 24 часа в сутки без сна и отдыха.

– И с риском для жизни.

– К этому постепенно привыкаешь. Давайте забудем о войне. Расскажите лучше о себе.

– Думаю, вам будет не интересно.

Я космобиолог. Исследую космические биоструктуры, не покидая старушки Земли, – она взяла его под руку, – давайте знакомиться. Анна Кареган.

– Сильвестр Берроуз.

– Берроуз? Вы адмирал флота Берроуз?

– Увы.

– Вот это сюрприз! Меня предупредили, что меня ждет сюрприз. Но такого я не ожидала. Я вас не узнала только потому, что на ваших портретах вам придают выражение жестокости, видимо, для устрашения врагов. В жизни вы совсем другой. Дайте-ка мне вас как следует рассмотреть, – из-под черных ресниц сверкнули черные цыганские глаза, – адмирал Берроуз! Теперь я вас узнаю.

Это действительно вы, – она рассмеялась, – позвольте, почему вы без охраны? Или половина зрителей здесь ваши телохранители?

– Никто кроме моей семьи не знает, что я здесь.

– Никогда не думала, что вот так запросто буду разговаривать со знаменитым адмиралом, человеком, который одним гневным взглядом посылает на смерть целые легионы. Я буквально немею от ужаса.