Кавказская мельница

Он читает свое стихотворение:

Ветер пахнет фиалками,

Травы светятся росами,

Все вокруг пробуждается,

Озаряется розами.

И певец из-под облака

Все живее и сладостней,

Соловей нескончаемо

С миром делится радостью:

"Как ты радуешь, Родина,

Красоты своей радугой,

Так и каждый работою

Должен Родину радовать.

Потом они с Гоги поют на два голоса.

Кваснин разливает вино и говорит тост:

– Что нас делает сильными? Это дружба. Без друзей ты слаб, ничтожен, с друзьями ты горы своротишь.

Вот мы сидим здесь в этом прекрасном месте на этой прекрасной земле, почему? Потому, что нас свела дружба. Вместе мы можем противостоять самым суровым бурям! За дружбу!

Позже Гоги начинает понимать, какую роль он возможно сыграл в трагедии на Эриванской площади. Не важно, использовал Коба его слова или нет, важно, что он говорил на секретные темы с посторонним человеком.

И эта бойня на площади… А что, если он в этом виноват? Как теперь с этим жить?

Надо пойти в полицию, пусть разберутся.

Нет, не пойду. Говорил же мне отец, держись дальше от полиции и чиновников – дольше проживешь.

Ночью он никак не мог заснуть, когда удавалось забыться сном, то он снова и снова оказывался в том кровавом кошмаре…

Утро он встретил разбитым, как будто и не отдыхал вовсе. Нужно принимать решение.

Гоги решился обратиться в полицию. Ноги не шли, как будто налитые свинцом.

Но вот он, полицейский участок. Там суета, толкутся какие-то люди, все спешат, носятся с разными бумагами… Он хочет что-то сказать, но всем некогда.

Гоги обращается к сотруднику, тот его перенаправляет к другому, тот тоже занят и перенаправляет его к следующему. Желающих поговорить, всевозможных псевдосвидетелей масса.

Наконец один следователь обращает на него внимание.

– Как Вас зовут, уважаемый?

– Георгий Касрадзе.

– Сейчас у меня нет времени, видите сколько народу. Приходите ко мне завтра в 10.

Гоги подождал немного и ушел.

На противоположной стороне улицы рядом с извозчиком стоит Елисо Ломидзе.

Они о чем-то беседуют, но Елисо заметил Касрадзе и спешит к Кобе.

– Коба, Касрадзе зачем-то толкался в полицейском участке.

«Вот болван, все ему говорить нужно», – думает Коба.

– Не отнимай у меня время. Ты сам знаешь, что нужно делать. Иди.

***

На следующий день утром Касрадзе вышел из банка и направился в полицию. и второй боевик, участник экса, Отар Кордзая.

– Гамарджоба, Гоги.

Гоги здоровается.