Рассвет Тьмы

– Эта тварь… сдохла?

– Перевертыш? Да, он мертв… С вами хотела поговорить матриарх. Позвать ее?

– Нет. Если ты говоришь, что глаза восстановятся завтра – завтра и поговорю… – Занятые силы закончились. Я расслабился и провалился в сон.

* * *

Матриарх стояла на балконе, глядя, сузив глаза, на глубокий узкий кратер во дворе с высоты второго этажа. Весь дом освещал сверху ярко горящий страж. Рядом с ней стоял один выживший из двух атретасов ее охраны.

– Значит, он был как раз надо мной, на крыше?

– Да, матриарх.

Мы заметили его слишком поздно, когда наше внимание привлек Ашерас.

– Что это было за оружие, выяснили?

– Вы сами видели, что случилось со стрелком. Что не сгорело, то расплавилось… Единственное, что сказали наши оружейники – это было оружие наподобие боевого посоха. Плетения были разрушены после уничтожения носителя. Все, что они смогли сказать – это то, что использовалось Багровое Пламя для его накачки.

– Багровое Пламя… И Ашерас сумел противостоять ему, призвав тьму напрямую и чуть не умерев из-за этого.

А ведь ему лишь год от рождения.

– Это просто чудо, что он выжил. Целители говорят, что только ваше своевременное вмешательство не дало ему умереть. Целитель Ремрот клянется, что его тело уже завтра полностью излечится и тогда же вернется его дар.

– Да, он и мне это говорил. И… я сожалею о смерти твоего брата. Мы не ожидали… такого.

– Не беспокойтесь зря, матриарх. Все мы знаем, на что идем. – Атретас поклонился и отошел на два шага.

* * *

Мне снился кошмар. Я осознавал это, но ничего не мог с этим поделать. Я снова переживал этот проклятый, без сомнений, день и короткую схватку, знаменующую его. Хорошо, что хоть без финала. Словно тьма хотела что-то показать, подчеркнуть нечто оставшееся вне моего внимания, но тем не менее виденное мной. После окончания схватки все начиналось сначала. И так раз за разом. Пока, наконец, я не увидел, как в момент пролета мимо меня багрового копья один из охранников поднимает черный жезл в сторону стрелка, но ему ломает шею особо жестоким способом его напарник.

Убедившись, что я увидел это, кошмар прекратился. Оставив мне лишь ненависть, пылающую черным пламенем во мне. Если он жив, я убью его. Осознав это, я понял, что проснулся. Ощутив дар, я нырнул в него и позвал свою птицу. Она довольно курлыкнула, обрадовавшись моему вниманию. Прости, но если я не справлюсь, ты поможешь мне, хорошо? Я открыл глаза.