На переломе эпох. Том 1

Взял лук, стрелу. Бац! И вот, лежит она в розовом поле. Метким стрелком был герцог!

– Так граф-то был или герцог?

– А чёрт его знает! Важно другое-то, что был он отличником боевой подготовки! Про его же политическую подготовку, извини комиссар, я толком ничего не знаю, – ротный рассмеялся.

– Так вот. В груди стрела. А на её черенке – красный бутон. Подцепила цветок, прикинь, пока летела.

– Да уж. Печальная история! Красные розы. Кровь. Любовь. Ненависть.

– А ты думал, почему герб Ружомберка – роза, пробитая стрелой?

– Да не задумывался я.

– Всегда, комиссар, задумываться нужно. Всегда! Особенно, когда такие дурацкие поступки совершаешь. А то ведь, могла сейчас новая драма разыграться тут. Жутко представить себе, какой мог бы стать тогда герб города! Вместо стрелы – сосна. А вместо розы – советский лейтенант на сосне, на радость местной контре! – ротный засмеялся в усы.

– А как название города переводится, знаешь? – продолжал он.

– Долина Роз?

– Точно! Так что готовься, комиссар, с «манами»[55 - так ротный «нежно» именовал бойцов]политзанятие проводить! Про историю города.

А заодно инструктаж по технике безопасности,.. чтоб по стенам больше никто не лазил! Ясно? – ротный поднял вверх указательный палец. И так посмотрел чёрными глазищами на лейтенанта, что у того екнуло в груди. Тимофеев оглянулся. Посмотрел на замок, на стены, на площадку. Удивительно, что когда-то именно здесь и разыгралась эта драма, если верить передаваемой из уст в уста легенде. Он прочувствовал её, можно сказать, собственным задом. Не романтично звучит. Зато правдиво.

***

Пообедавшая рота лежала на травке, сыто отрыгиваясь солдатским хавчиком. Некоторые продолжали вытирать травой свои пустые котелки. Урсулов, с группой земляков, что-то упоённо завывал на узбекском. Чеченец Загиров что-то молча рассматривал в далеке в гранатомётный прицел…

– Хараша шайтан-труба!

(Кто бы тогда мог и подумать, что спустя несколько лет, тот самый Загиров вероятно будет расстреливать из такой вот «Шайтан-трубы», таких же вот, как и он сейчас, мальчишек, отдающих свой воинский долг Родине на срочной службе…)

Сержант Ахмедов, сбив пилотку на затылок, жевал соломинку, наблюдая за происходящим, словно пастух…

Старший лейтенант Сидоренко убыл к комбату.

Старослужащие солдаты – Садыков, Рахманов и Зайцев снисходительно улыбались в адрес замполита.