На переломе эпох. Том 1

Язык во рту от сухости прилип,

Но мысли бьют в висках предельно ясно:

Хотелось крикнуть, а из горла – хрип:

– Назад! Не подходите! Здесь опасно!

Горячий автомат, и кровь в пыли,

Горят незабинтованные раны.

Они не поняли меня – пошли.

Но не прошли – отбросили душманы.

…Над головой смертельный град свинца.

До главных сил бы только продержаться.

Мы, двое, будем драться до конца.

Мы не привыкли никому сдаваться.

Мы будем драться, ненависть храня,

И в страшный миг, у смерти на пороге,

Мы не сдадимся – этому меня

В училище учили педагоги.

Училище… Всего лишь год назад

Ты было мне вторым родимым домом.

Березы там в июле шелестят

Под теплым ветром солнечными кронами.

Идут занятия в мороз и зной.

Перед глазами – снова строй курсантов…

И вновь оркестр «Славянкою» родной

В жизнь провожает новых лейтенантов.

…Опять вокруг бьют пули по камням.

Как страшно все – уму непостижимо:

Минуты жизни измеряю я

Горою автоматных магазинов.

А солнце из заоблачных вершин

Лучами бьет жестоко по наклонной.

Но всхлипнул опустевший магазин,

Патрон последний выбросив в патронник.

Сухой щелчок и всё – патронов нет.

И бесполезна тяжесть автомата,

Как будто темной ночью светом фар

Ты оказался вдруг к земле прижатым

Вдвоем с бойцом. Но что ему сказать?

Он в этот миг с надеждой и заботой

Испуганно глядит в мои глаза:

Он все еще надеется на что-то.

– Дай мне гранату. – Мне она нужна.

И отползай в укрытие по склону.

(Ну, где же эта помощь, где она?

Где основные силы батальона?)

Граната – в левой. В правой – пистолет.

Сковала тело страшная усталость.

Гоню солдата прочь, а он в ответ:

– Я не пойду. Я с Вами здесь останусь…

Чудак, до разговоров ли сейчас!

Вздыхаю, улыбаясь через силу:

– Ползи в укрытье… Это мой приказ…

Расскажешь нашим, как все это было…

Отползшего бойца окутал дым,

Укрыв надежно в скалах опаленных.

Пускай хоть он останется живым,

Хотя бы он один из подчиненных.

Стук сердца отзывается в камнях,

И голова залита кровью темной.

Не сдаться! Побороть проклятый страх!

Стрелять, пока не кончились патроны!

Семь выстрелов – и все – патронов нет.

Я, пулями врага к земле прижатый,

Отбрасываю ненужный пистолет

И достаю последнюю гранату.

В последний раз смотрю назад.

В моих руках – шестьсот смертельных граммов.

Я сделал выбор.