На переломе эпох. Том 1

– Да, не! Щас самое время вытягивать колонну на хауз. Я знаю, чем это кончится! – отпрянул Тимофеев, словно его обдали холодной водой.

– Чем?

– Полным палевом! Вот тогда нам и придёт полный пипец! Вот явится сейчас кто-нибудь из штаба и сдадут нас ему, а тот порвёт нас дневальным на тряпочки. Будет нам «япона мать»!

– Да, ну! Чё, побаиваешься, что ли? – Хашимов хлопнул младшего товарища по плечу.

– Не побаиваюсь я! Знаю!

– Я в любом случае не пойду, что-то нет вдохновения на новые подвиги, – Майер так же не питал энтузиазма…

– Ты чё, Майер, товарищей вздумал бросить в трудную минуту!? – Хашимов посмотрел из-под «хамелеонов».

 – Да бросьте вы! Идём! – Хашимов, очевидно, сам загорелся своей идеей и не собирался быстро ретироваться. Но их «светскую беседу» прервал автомобильный гул. По извилистой дороге, обступленной с одной стороны лесом, с другой кустарником, вверх к отелю летел зелёный штабной УАЗик.

– О, ёшкин кот!

– Мать мая жэншына!

– Япона мать! Делаем ноги! – лейтенанты ломанулись в кустарник, едва прикрывая себя от бьющих по лицу упрямых прутьев, которые словно были на стороне этой очкастой сопровождающей группы.

УАЗик остановился. Из него выпрыгнул подполковник Полунин.

Майер уставился на Тимофеева:

– Ёшкин кот! Откуда ты знал про это? А? Во бы он щас вдул бы нам, как зябликам!

Тимофеев лишь молча наблюдал за тем, как парторг поправил портупею и скрылся внутри заведения.

– Мать моя!.. Ты знал! От ку-у-уда? – Альяр пихнул Тимофеева локтем.

– Да бог его знает! Так. Чуйка была.

– Да ладно! Какая такая «чуйка»?

– Соснил… Так годится?

– Со… что? – съехидничал Хашимов.

– Со что-о-о! – передразнил друга Тимофеев. – Соснил! А не то, что ты подумал! – все трое прыснули от смеха. – Сон дурной приснился намедни. Ферштейн?

– Сны у тебя Тимофеев, какие-то бякостные! Мне такая хрэнь нэ снытся. Ночью Полунина сныть… вмэсто бабы какой!..

Все снова прыснули от смеха.

– Мне часто бред неописуемый снится. Небылицы какие-то. Чаще забываю потом, о чём. Вроде, первые минуты, как проснёшься, ещё нечто помнишь, а потом сон – как песок сквозь пальцы утекает. И ни черта не остаётся. Другой раз помню, что что-то прикольное снилось. А чёрта с два перескажешь. А бывает, что и что-то дельное приснится, из реальной жизни. Типа вот про это. Пока эта мымра в очках не появилась, я думал, что опять ерунду соснил.