На переломе эпох. Том 2

– Ну, это временно может и имело смысл, но только после джунгары исчезли, их разбили китайцы! К России первым присоединился в начале восемнадцатого века только «младший жуз», потом – «средний», «старший жуз» вошёл только в середине девятнадцатого века, – Бабаев поднял вверх палец.

– Потому что находился под влиянием кокандцев! Под оккупацией, по сути! – Майер поднял также палец.

– А-а-а, слушай! Казахи – гордый народ! Нас все вокруг хотели порвать на куски. Но мы оказались сильнее и смогли выстоять!

– Да я и не против этого! Конечно, казахи – гордый народ!

– Мало быть гордым, хорошо оставаться благодарным! – подытожил Тимофеев.

– А я чё? Разве что-то такое сказал? Ну, шайтан! – развёл руки Тимур.

– Ладно! Кстати, в Отечественной войне двенадцатого года с Наполеоном казахи очень большой вклад внесли! – Майер похлопал Бабаева по плечу.

– А то! – Бабаев улыбнулся… – А впрочем, всё это лишь лишний раз доказывает то, что казахи и русские братья, если не по крови, то по духу и, несмотря на всё различие культур, Золотая Орда, как никак, хоть и топтала Русь, но и защищала после от тех же крестоносцев и литовцев, она навсегда изменила её культуру и её настоящее.

А мы, казахи, прямые потомки Чингисхана! Так что, что бы там ни было, у нас сегодня много общих ценностей!

– Красиво говоришь, Тимур! – Тимофеев дружески несильно стукнул его кулаком в плечо.

– Да чё вы все меня бьёте! – возмутился тот.

– Да ладно, это мы так… любя! Историю нужно знать.

Но не просто знать, а понимать в ней то, что позволит нам сегодня жить в дружбе и не повторять ошибок! Всё! Хорош базар-вокзал, я иду спать! Устал сегодня, как зверь.

И вскоре в комнате наступила тишина.

***

Сон

Влад давился в очереди среди курсантов в чипке. Буфетчица взвешивала куски варёной колбасы, вымоченной донельзя для большего веса. Такого ему ещё не доводилось видеть. Да, были дефициты. Но что бы так!.. До чего довела страну эта пресловутая горбачёвская «перестройка»!

– В руки только один кусок! – объявила она с важным видом.

Сзади Тимофеева подошла молодая беременная женщина лет двадцати, да какая там женщина! Как в двадцать-то лет девушку можно назвать так, даже если она беременна, – девушка! Она встала сзади. Одна среди курсантов.

– Проходите вперёд, – курсанты расступились.

Девушка благодарно подошла к «раздатке».

– Колбасу только курсантам, – буфетчица презрительно окинула её взглядом.