На переломе эпох. Том 2

, – Здена напрягла лоб, ища подходящее слово…

– В таком убогом положении, ты хотела сказать?

– Ну, в покалеченном, скорее, а что это с твоей ногой?

– Так, чепуха! Только я вот такой теперь, почти калека!

– Калека! До свадьбы заживёт?

– Конечно, если эта свадьба будет с тобой!

Оба рассмеялись… Тут раздался стук в дверь.

– Владик. Имей совесть! Открывай дверь, – на пороге стояли пришедшие, видимо, на обеденный перерыв товарищи по комнате – Майер и Бабаев.

– А ты тут зря время не теряешь! Маладе-ец! – Бабаев похлопал товарища по плечу.

– Давай, Владик, поспешай. Сейчас здесь будет комполка. Делают общий шмон по общаге. Застукают – тебе хана! Да и нам достанется! – добавил абсолютно серьезно Александр.

– Зденочка! Давай! Бегом! – Влад, запустив товарищей только в прихожую, поскакал на одной ноге в комнату, хватая по пути всю разбросанную одежду Здены.

– Что случилось? – смотрела та на него испуганными глазами, ничего не понимая.

– Сюда идёт комполка!

– Зачем идёт?

– А чёрт его знает! Шмон решил навести!

– А что такое «шмон»?

– Шмон – это трындец!

– Трындец? Что это такое?

– Трындец – это полный атас!

– Атас?

– А-а-а! Потом объясню! Нет времени!

– А мы разве что-то преступное сделали? Почему мы прячемся? – недоумевала Здена, торопливо одеваясь, косясь в сторону прихожей, откуда доносились голоса его товарищей.

– Преступное! Ну, ка-а-ак тебе это объяснить!.. – завыл юноша. – Пойми. Если тебя здесь увидят, мне крышка.

– Всетко ясне. Руске дураки! – зло произнесла девушка. – Дай сюда, – она почти вырвала из его рук всю свою одежду.

– Пусть она одна идёт, без тебя, – советовал Бабаев из коридора, – напорешься на кого-нибудь чего доброго.

– Я не могу её вот так, как какую-нибудь, – он не нашёл подходящего слова и добавил, – и вообще, любить – не преступление.

– Эге! – друзья переглянулись. – Да, диагноз на лицо!

– Плохи наши дела!

– Стойте здесь, я выгляну, посмотрю, всё ли чисто, – выпалил Майер и побежал по коридору. Друзья были полны решимости заслонить обезумевшего друга.

– Уже полно народа внизу, полкач приближается!

– Слишком поздно!

– Давай в окно!

– Нет. Это опасно! Она не сможет! – сказал Тимофеев.

– Не бойся.