Зденка. Военный роман

Видимо, мужья боялись за своих жён. Да и сами чувствовали себя дискомфортно в такой ситуации, когда на фоне остывающей страсти между супругами, вдруг, появляется молодой и совершенно свободный соперник, который, по определению, всегда становится объектом повышенного внимания со стороны всего женского окружения. Самым же неинтересным местом здесь всегда становится женатый мужчина. Как может он, «инертный», конкурировать со «свободным радикалом»? Будучи не свободным, он не интересен даже для лёгкого флирта, ни другим женщинам, не желающим оспаривать статус его жены, ни его собственной жене, подсознательно более увлекающейся скрытым флиртом, порой даже не замечая того, с вдруг появившемся в её покоях холостяком.

Такова природа! А кроме, мало ли здесь злых языков, мгновенно разносящих, раздутую до состояния слона, новость, ведь и глаз здесь так же не мало, чтобы не подметить малейший проступок. Так что женатики тут были отдельно, холостяки – отдельно, подобно тем, пресловутым «котлетам с муxами».  )], – поддержал Майер.

– Всэ, пока в общаге живут, нормалные, а как толка жоны приезжают, то всо! – Мамука развёл руками.

Ликавка.

Сегодня наши герои здесь были единственные «советские представители». А вокруг – толпы словацкой молодёжи. А главное – милые девушки с пушистыми пружинистыми начёсами волос! Владислав приблизился к одной из них и, одновременно с лёгким кивком головы, протянул руку, приглашая её на танец. Она, поколебавшись несколько секунд, положила свои хрупкие холодные пальчики в его широкую тёплую ладонь.

Они прошли вглубь зала. Владислав аккуратно прикоснулся к её талии.

– Влад…, – лейтенант уловил нотки удивления во взгляде девушки и пояснил, – это моё имя, меня зовут Влад…, – лейтенант млел, обволакиваемый её нежным запахом, дурманящем его разум.

– Мирослава, – ответила девушка, и лёгкий румянец проступил на её щеках.

Он нежно и бережно «танцевал» девушку, как хрустальный сосуд, с упоением, снова и снова, говорил ей что—то на ушко, она лишь мягко улыбалась ему в ответ…

– Всетко, я иду до домов, – по окончании третьего подряд «медляка» девушка как—то вдруг обмякла, выскользая из его рук.

– Могу ли я тебя проводить? – спросил полный романтики Тимофеев.

– Нэ можна! – это звучало как полный облом!

Тимофеев лишь удивлённо поднял брови.

– Прэпачь, нэ можна. Так, – отрезала девушка и, как бы извиняясь, пожала плечами.

– Почему «так»? Пречо?[25 - (Почему?)]

– Так.