Зденка. Военный роман

Порция полуостывшей пайки в солдатском котелке, дабы тупо набить пустой урчащий желудок, – удовольствие. Не говоря уже о том, как, накормив и уложив бойцов в натопленные ржавыми полусамодельными «буржуйками» дырявые грязные палатки (фак вещевую службу!), соберутся офицеры на скрипучих койках или досчатых нарах, расстелят свои спальники, снимут с печки шипящую ароматную банку тушёнки, откроют бутылочку «Боровички»[55 - Словацкой водки, воняющей ёлками.], поставят на стол армейские железные кружки, да закусывая сочным горьким лучком, продирающим горло своим сладковатым соком, поведут беседы о своих бойцах и отцах-командирах, о том, о сём, и, конечно же, о них, о женщинах, что так мило скрашивают нашу убогую жизнь, придавая ей смысл даже в самом бессмысленном предприятии.

Даже в мыслях, даже в самый трудный, грязный и, кажущийся беспросветным кусок времени, мысли о ней, близкой или далёкой, существующей или вымышленной, согревают душу… А, может это просто водка с луком жжёт глотку, да терзает сердце.  А…?

***

Когда мы были на войне,

Когда мы были на войне,

Там каждый думал о своей

Любимой или о жене,

И я конечно думать мог,

И я конечно думать мог,

Когда на трубочку глядел

На голубой ее дымок,

Как ты когда-то мне лгала,

Как ты когда-то все лгала,

Что сердце девичье свое

Давно другому отдала,

А я не думал ни о чем,

А я не думал ни о чем,

Я только трубочку курил

С турецким горьким табачком,

Я только верной пули жду,

Я только верной пули жду,

Чтоб утолить печаль свою

И чтоб пресечь нашу вражду

Когда мы будем на войне,

Когда мы будем на войне,

Навстречу пулям полечу

На вороном своем коне

Когда мы были на войне

Когда мы были на войне,

Там каждый думал о своей

Любимой или о жене

    Слова: Д.

Самойлова, музыка: В. Столярова.

Полевой лагерь

    Ноябрь 1987 г. Оремовлаз.

Девятая рота.

На пригорке творилась упорядоченная суета, подобная муравейнику.

Никто не сидел без дела. Старший лейтенант Сидоренко чётко раздавал указания.

– Назначить лиц суточного наряда!

– Комиссар! Бери Харина, Моше. Развернёте наглядную агитацию! И шоб как положено! – капитан отрезал густым баритоном каждую фразу, – и ещё, Тимофеев, бери себе ещё двух «манов» и метров в ста отсюда пусть выкопают яму и организуют отхожее место! Да смотри, предупреди, чтоб добротно было. Сам приду, проверю! И не дай боже, провалюсь!..