Легенды нашего края. Золотая ловушка

Но сначала мы обогнули гору обратным путем к месту нашей встречи и припрятанной мною пироге.

В пути мы беседовали. Старый шаман упрекал бледнолицых, которых его народ встретил как братьев, а те поступили по-свински – согнали индейцев с насиженных мест, вырубают леса, убивают бизонов…

– Но цивилизация, которую несут белые люди, приносит и пользу, – утверждал я. – Создаются богатства и рабочие места, уменьшается зависимость людей от капризов природы. Торнадо, засухи и наводнения не мало убили краснокожих людей.

Шаман посмотрел на меня сердито.

– Ваши фабрики чернят небо дымом. Ваши огнедышащие машины калечат людей и бизонов. Ваши дети рождаются хилыми – у вас нет будущего. Мир белых людей обречен, но прежде он погубит людей с красной кожей.

– Ты удивительно хорошо информирован для жителя необитаемого острова.

Эти слова мои не возымели на него никакого действия.

– Ты думаешь в голове у меня труха? Сан Севан общается с Великим Маниту, которому все известно.

Я улыбнулся, хотя мешок с золотом изрядно натер плечо.

– Предлагаю альянс – я выдвигаю свою кандидатуру в Сенат Соединенных Штатов, а вы с Маниту помогаете мне. В законодательном органе да с помощью божества мы много всяких делов натворим. К примеру, облегчим участь индейцев в резервациях.

– Божество ваших людей – это золото. И пока оно у нас есть, мы сможем подкупить даже вашего большого белого отца в Вашингтоне.

– Тоже верно. Может, передохнем? Чертовски тяжела моя ноша.

Старый шаман без долгих уговоров тут же присел на скрещенные ноги.

– Что ты собираешься делать с золотом? – спросил шаман.

– Я положу его в банк и открою счет – по сути обменяю на зеленые бумажки, за которыми гоняются все бледнолицые.

– И чем ты займешься, когда обменяешь золото на зеленые бумажки? – шаман достал из своей котомки кусок пемикана и разделил его ножом на две равные доли. Одну подал мне. – Подкрепись.

– К нему бы стаканчик бренди, – посетовал я.

– Лучше родниковой воды ничего не бывает, – сурово сказал шаман.

– Ну, это ты зря. Будем в Новом Орлеане, я приучу тебя к пиву – чудесный напиток.

– В рот не возьму. Краснокожие братья легко спиваются, – подтвердил Сан Севан. – Но не служители великого Маниту.

– Ушам своим не верю.

– Таков наш культ. Маниту сурово карает отступников – сводит с ума, насылает порчу, лишает зрения и слуха.

– Это ужасно, мой друг. Конечно, во всем надо знать меру.