Парадокс Вигнера. Научно-фантастический роман

Новосильцеву был дан секретный наказ, в котором содержались рекомендации о ведении переговоров с султаном, визирем, ответы на вопросы об отношениях Московии с казаками. Новосильцев вёз с собой несколько грамот султану, где говорилось, что «мол, лихие люди меж нас с тобой ссору чинили».

– Папенька, возьмите меня с собой в путешествие, – взмолилась дочь Новосильцева Мирослава, за несколько дней до отъезда, – я хочу посмотреть заморские страны….

– Глупости это, неразумная девка, – отверг просьбу отец, – я отправляюсь не в путешествие, а на умиротворение султана! Для дружбы хочу его расположить с Царём и Великим Князем нашим Иваном.

И ещё неизвестно, как там всё сложится…. Тебя замуж пора выдавать, а не по иноземным державам возить!

– А может быть папенька в заморской стране и найдёте жениха мне? – не унималась дочь, – в Москве-то всё никак Вам не удаётся…. То знатный больно, то чином не вышел!

Иван Петрович задумался. Действительно в Москве, по его мнению, не было подходящего парубка для Мирославы.

Бояре сторонились Новосильцева, зная его тёплые отношения с Иваном Грозным, а те, кто мечтал породниться со статским советником Посольского приказа, не нравились ему самому. «А может и правда, девка дело молвит?» – размышлял Новосильцев, – «может паша какой найдётся в Константинополе? Тогда и дружба крепче станет с турками, да и государь будет приветствовать этот брак!»

– Ладно, Мирослава, – согласился Новосильцев, – собирай вещи! Но смотри, это тебе не прогулка, …ехать придётся долго, чтобы не ныла, если тяжко в пути будет, да не капризничала! Мороз он-то нынче какой, поди не согревает, а извести путника всякого старается!

– Да как же я, папенька, замёрзну в кибитке для ямской гоньбы? – с задором удивилась дочь, – вон и братец мой, княжич наш Белоярушка обещал собольи шубы взять лишние….

– Путь далёкий! До Рыльска считай, боле пятисот вёрст, – предупреждал отец, – да до Дона ещё четыреста, так что только к ледоходу прибудем к его берегу.

Да ещё неизвестно, сколь ждать атамана Мишку Черкашенина с казаками на стругах?

– Ничего папенька, – успокаивала обрадованная Мирослава, – я стерплю! Вот только бы маменька не обижалась на меня за то, что оставлю её надолго!

Жена Новосильцева Матрена Тимофеевна была из низшего дворянского сословия и никогда не перечила мужу. Она покосилась на него и, заметив довольное выражение на его лице, поспешила успокоить дочь.