Страна-анамнезия. Сатирический роман

А этот Тараторкин бывший офицер МВД, свои функции выполняет исправно, проявляет бдительность и выдержку, – охранять покой психов не каждый сможет!

Коллеги шли по асфальтированной дорожке, ведущей к парадному входу в клинику. Новостроев оглядывал все хозяйским глазом и мысленно отмечал увиденные им недостатки. Перед зданием клиники был небольшой парк, заросший травой, как и его газоны и клумбы.

– Петр Серафимович, – спросил Новостроев, – больные не занимаются трудотерапией в клинике? Я уже не говорю о том, что эту работу должны выполнять также штатные сотрудники – дворник, садовник, санитары, в конце концов….

– Все перечисленные должности в штате есть, дворник, садовник, но они все вакантны, – отвечал бывший главврач, – а больных заставлять выполнять эту работу нельзя, потому что психам опасно давать в руки инструмент. Вы что, не знаете об этом?

Новостроев ничего не ответил на вопрос предшественника, он знал, что многим психически больным людям можно доверить садовый инструмент.

Трудотерапия в учреждении, где он работал раньше, практиковалась в полной мере, так что отговорки Старообрядцева можно расценить, как нежелание серьезно заниматься трудотерапией.

Они вошли в вестибюль главного корпуса и, поздоровавшись с дежурной приемного отделения, поднялись на второй этаж, где находился кабинет главного врача. Приемная была безлюдна, секретаря на месте не наблюдалось. Петр Серафимович тут же объяснил причину ее отсутствия на рабочем месте.

Оказывается, секретарь совмещала должность медицинского статиста и второй день подряд готовила отчет, а для этого необходимо сделать соответствующую выборку из историй болезни, находившихся в кабинетах лечащих врачей.

Процедуру приема и передачи дел Старообрядцев и Новостроев начали с беседы в кабинете главного врача клиники. Это была просторная и светлая комната с массивной входной дверью, старомодным дубовым письменным столом, такими же креслами, канцелярскими принадлежностями, шторами и стульями, выставленными в ряд у глухой стены.

У противоположной громоздились шкафы с потрепанными книгами.

– Прошу Вас, э…, Михаил… э, ах да, Сергеевич, – выдавил из себя Старообрядцев, – садитесь сразу в кресло главного врача. Теперь это Ваше место!

– Благодарю Вас, Петр Серафимович – отвечал Новостроев, усаживаясь в затертое старомодное кресло, которое можно с большим трудом назвать таковым.