Мата Хари. Раздеться, чтобы выжить

Она уже привыкла к тому, что в Америке мужчины никогда не целуют дамам руки. Тэд не стал исключением из этого правила. Он слегка пожал ее руку и улыбнулся. В этот момент произошло нечто странное. Рита вдруг почувствовала, как искра проскочила через ее ладонь.

Что было тому виной? Может быть, его рука, крепкая, сухая, на которую можно опереться? Или улыбка, дружелюбная, совсем не скупая, но и не такая широкая, как на рекламе зубной пасты? Манера держаться, свойственная Тэду, такая же уверенная, победительная, как у нее самой?

«Нет, – сказала она себе, усаживаясь за стол.

 – Все дело в профессии. Он же наверняка электротехник, как и Билл. Естественно, весь полон электричества, и из него сыплются искры».

Рита улыбнулась собственной шутке и тут заметила, что новый знакомый смотрел на нее внимательно, пристально и в то же время как бы испуганно. Она хорошо знала этот взгляд, выражающий внезапно возникшее чувство. То самое, которое даже страшит человека и заставляет его думать: почему?.. Отчего именно со мной?

Между тем вокруг царила легкая праздничная суета.

Билл делал заказ, Мэри, настоящий профессионал, участвовала в этом важном деле.

Наконец официант удалился, и Билл повернулся к Рите.

– Хочу сказать несколько слов о моем друге, – начал он. – Вы наверняка решили, что Тэд – мой коллега, и мы вместе работаем. Вовсе нет! Хотя раньше он и в самом деле был инженером-электриком, как и я. Мы познакомились в Брюсселе, еще перед войной. Тэд покупал турбины для своего правительства, а я изучал последние открытия бельгийских инженеров.

Мы месяц прожили в одной гостинице, встречались каждый день и стали друзьями.

– Позвольте, я не поняла одну вещь, – заявила Рита. – Вы сказали, что Тэд покупал турбины для своего правительства. Какого именно?

– Да, Билл не сказал самого главного, – вступил в разговор Тэд.

Голос у него был низкий, баритон, а не тенор.

– Он не упомянул, что в то время меня звали вовсе не Тэд Грин, а Федор Григорьев. Я русский и покупал турбины для правительства его величества.

Но я еще до поездки в Брюссель интересовался Америкой. Меня привлекала предприимчивость американцев, те возможности, которые здесь открываются. Я вернулся на родину, сдал купленные турбины, завершил свои дела в России и переехал в Штаты.

– Да, и здесь мы вновь встретились, – продолжил его повествование Билл. – Я помог Федору, то есть Тэду, найти работу, дал несколько полезных советов. Дела у моего друга шли хорошо.