Эффект Ноцебо

Неосознанно заливаюсь жаром, читая на красивом лице то, что картинками крутится в моей голове, разрушая последние крохи самообладания.

Когда звенящая пауза чрезмерно затянулась, Ник снова врубил шута.

– О, мой Бог, братец! Ты ли это?! Вы видели? Явился, и года не прошло!

– Рот закрой, иначе я помогу, – не разрывая зрительного контакта, ровно отвечает брату. Но как раз-таки это его призрачное спокойствие и дает понять, что лучше не перечить. Что, собственно, младший Хоггард и делает.

– Все такие нервные с утра, – бубнит под нос еле слышно.

Неловко разворачиваюсь обратно к столу, таращась на нетронутый завтрак. Аппетит пропал. По крайней мере тот, который зависит от еды. Не могу больше ни о чем думать, как о мужчине, который отодвигает рядом со мной соседний стул.

– Сынок, – счастливо щебечет Трис, – я так рада, что ты приехал! Как я рада…

– Ты же просила, мам, – на последнем слове всегда жесткий голос ощутимо смягчается.

– Да, дорогой, да.

Женщина, не скрывая эмоций, встает со своего места и подходит к сыну, нежно целуя его в щеку.

Не могу глаз оторвать от этой картины – столько в ней трепета, ласки и какой-то неумолимой материнской грусти, что и мое сердце начало болеть, нагоняя старые воспоминания. Увожу взгляд и останавливаюсь на Ричарде, который тоже немало удивлен, но только лишь кивнул Киллиану, не получив даже скупого ответа. Ник опять ел, не обращая ни на кого внимания, а вот Чарли снова задумчив. При это рассматривает то брата, то меня, неосознанно потирая подбородок.

– Мы думали, что тебя не будет, – тихо шепчу в тарелку, чтобы слышал только мой сосед, пока остальные снова вернулись к непринужденной беседе. – Могу освободить твое место.

– Ешь, – только одно слово, но сколько в нем непоколебимого веса и силы, что аж мурашками кожа покрывается.

Члены семьи активно обсуждают юбилей Ричарда в конце января, я же только вяло ковыряю вилкой в глазунье, не в силах даже кусочек съесть. Вижу боковым зрением предплечья, покрытые сеточкой вен, мощные кисти с длинными пальцами, и вспоминаю, что эти пальцы вчера со мной делали.

Снова стыд. Снова возбуждение. Они перемешиваются, окуная меня в коктейль взрывоопасных эмоции. Неловко сжимаю ноги под столом, дабы не привлекать внимания и унять нежелательное томление. Но каждое движение мужчины рядом вовлекает меня совсем не в те мысли, о которых бы следовало думать.

– Почему ты не ешь? – тихо, но весомо.