Часы Застывшего Часа

Но точеное изящное лицо и заостренные уши не могли принадлежать жительнице Этезии. Ее темные вьющиеся волосы, словно бронза, покрытая патиной, отливали зеленью. Перетянутые на лбу зеленой лентой они спускались далеко за спину толстой косой, но и тогда выбивались и топорщились во все стороны, будто отродясь не ведали гребня. Оделась девушка в зеленую тунику, подпоясалась карей лентой и завернулась в зеленый плащ. Обуви она не носила, а ее стопы были такими сильными, что когда она стояла, ее пятки не касались земли.

На ее спине покоился короткий потемневший от времени лук, а на бедре без ножен болтался грубый деревянный меч, напоминающий перекрученную корягу.

Зачарованный необычайной внешностью незнакомки Язар не заметил, как погасло пламя в ее руках, и не заметил, как лесной тролль бежал прочь, упал и рассыпался горкой древесного угля.

– Идем к стенам! – услышал он голос.

Моргнув, он сбросил наваждение и вдруг обнаружил, что девушка стоит прямо перед ним. Повернув голову, он увидел, что половина лесных троллей повержена, однако их пещерные братья почти невредимые уже подобрались к частоколу и крошат его в труху.

Девушка сняла с пояса меч и протянула Язару. Оружие она держала с величайшей осторожностью обеими руками.

– Это Волорил, – с благоговением представила она меч. – Нет в Яраиле того камня, который он не сумеет расколоть. Возьми его. Но будь осторожен: Волорил не навредит потомку альва, но смертельно опасен для прочих народов.

Язар видел, с какой тяжестью девушка оторвала от себя меч.

Он благодарно принял оружие и поспешил к частоколу.

Он выбрал целью ближайшего пещерного тролля. Тот уже проломил частокол и теперь углублялся в город. Он не отвлекался на солдат и не преследовал людей, но сознательно уничтожал постройки, будто именно они являлись его врагами. Маленькие бревенчатые домики и сараи разваливались под его весом как стога соломы. Охваченные ужасом, жители выскакивали из домов и бежали по широким улицам, надеясь укрыться в дальней части города.

Они спасались от тролля, как от неотвратимой угрозы, как от природной катастрофы. Они бежали от тролля, как муравьи бегут от наводнения. Брошенные на цепях собаки надсадно лаяли, но только находясь на значительном от тролля расстоянии. Когда чудовище приближалось, они трусливо поджимали хвосты и прятались в конурах. Солдаты были напуганы не меньше обывателей, они не могли остановить тролля и бессильно наблюдали, как разрушаются в том числе их собственные дома.