Вселенский спасатель. Книга 1. Планеты Ада. Том 1

– Так хочется иметь умного, взрослого наследника.

Люцифер разочарованно посмотрел на не рожденную правую ногу сына.

– У меня создается впечатление, Карро, что внезапно появляться рядом, твое хобби, полезному делу ты, так и не научился.

Карро, от слов отца, съежился, виновато выдернул остаток ноги из воздуха.

– Извините, папа.

Люцифер, кивнул головой, не прерывая речи.

– Пока! Чуть-чуть! Самую малость! Ты, наконец-то постиг таинства тактики, здесь в бесконечности, в астрале, где обитаем мы, демоны.

Люцифер замолчал, откашлявшись, выпил неизвестной красной жидкости из бокала, продолжил.

– Увы, нас много! Стукачи Всесильного! Патрули Всевышнего. Да и сам Создатель, живого и неживого, бдит! Глупо чувствовать себя одиноким. Надо быть хорошим стратегом.

Люцифер, подчеркивая важность фразы, поднял руку с указующим перстом вверх:

– Или зашлют тебя, Карро, во тьму глухую, на окраину.

Горестно, посмотрев на сына, демон прошипел:

– В лучшем случае не поручат стоящего дела.

Люцифер, делая длиннее и длиннее паузы в предложениях, перешёл от шипения на шёпот:

– Хуже того разметают по вечности… Век будешь собирать себя кусочек к кусочку.

Он на мгновения задумался.

«Что шепчу, Всеведущий – рядом, как не старайся понизить голос, всё слышит, всех видит, обо всём знает». «Какой смысл шептать»? «Ну, да, бережёного, сам Создатель бережёт». Вслух, Ангел Тьмы, озвучил другую фразу:

– Иди, сынок, скажи палачу. Одного, последнего, отпустить. Пока…

Молодой человек, многозначительно замолчал.

Его лицо похожее на ангела, каким изображали жителя небес обетованных, художники древности, стало мрачным. Вдруг Чёрный ангел зашёлся раскатистым пугающим смехом. Гогот, как набат колокола, полетел, расталкивая красные клубящиеся облака над платом, покрытым кровавыми озерами. Позвенел. Зашёлся тревожной мелодией органа. Наконец гогот ударится о розовые горные вершины, похожие на мороженое с вишневым вареньем, улетел в астрал. Смех юноши, как мяч, отскочил от гигантской бардовой звезды, стоящей в зените, и улетел, в пугающие бездонной чернотой бесконечные просторы вселенной.  – Это смешно! Не будь я Чёрный принц.

Спасение

– Чудовище, лохматое и мерзкое, приблизилось. Вонзило, многочисленные лапы, в родную плоть. Какая невыносимая боль пронзает тело. Стальной раскалённый шомпол пронзает мышцы. Выворачивает суставы. Многочисленные раны плюются кровью.

Астронавт попытался руками заткнуть раны.