Растяпа. Мечты сбываются

Сидя на диване прохладного фойе отеля и глядя в пустоту, пытался разрешить вопрос – что формирует наше настроение и подвластен ли этот процесс рассудку? В течение сорока минут, пока Назаров оформлял наше проживание, тем только и занимался, игнорируя окружающую среду. Мне показалось, что нечаянная и пустяковая вобщем-то обида может полностью изменить смысл всей столь ожидаемой поездки. Я сам не мог понять, как следует к этому относиться. Похоже, возвращается самолетный синдром – там был необъяснимый страх, сейчас – необъяснимая обида.

Плюнуть и растереть не получалось. Мне казалось, что в моем лице кубинские таможенники нанесли оскорбление всему могучему Советскому Союзу.

Разумеется, таможенники имели право изъять мои излишки, но почему-то признать это не хотелось. Почему? – стремился понять, чтобы достичь какого-то иного уровня восприятия происходящего. Я уже переступил черту возможного компромисса (души с национальной гордостью), и обратного пути не видел. Уже допустил мысль об ответных действиях, и она меня пугала.

Впрочем, несмотря на все свои софистические выкладки, понимал, что дальше злобных мечтаний дело не зайдет.

Но ведь я же отдыхать прилетел – наслаждаться! – а голова забита черте чем. Надо поскорее осудить кубинских таможенников и отпустить им их грехи. Но, кажется, это не входит в обязанности туриста. Я превышаю свои полномочия. Сам контрабандист, а потом судья, следователь и палач – не слишком ли много для одного человека?

И все же – в чем суть инцидента?

Постепенно пришло убеждение, что случай с таможенниками – это предупреждение свыше о том, чтобы я был осмотрительнее на острове Свободы.

Очень может быть, что я из-за некоей непредусмотрительности могу оказаться не в том месте и не в то время, а сама Куба станет мне ловушкой. Как все предусмотреть? – голову сломаешь, от судьбы не спрячешься. Значит, к черту сомнения, слушаем глас Вездесущего и следуем его подсказкам – пусть будет то, что будет.

Кажется, получил желаемый результат и перевел дыхание.

Как все это абсурдно! – скажите, но не спешите с выводами.

Беда в том, что сам не следую собственным советам.

Снова тяжело вздохнул – соображение о подвластности Судьбе, похоже, не очень утешало. Чувства собственного достоинства и национальной гордости в таком раскладе становились мне обузой. Чтобы считать себя советским человеком за границей, мне, по меньшей мере, необходима точка опоры. Пока же сам себя подвесил в пустоте, подвластным всем ветрам….